Онлайн книга «Как профукать праздник. Любовь в больничной палате»
|
Я заставила себя не думать об этом. Заставила себя думать о другом — о том, что сегодня, может быть, меня выпишут, или хотя бы разрешат вставать, или хотя бы дадут нормальную еду вместо больничной каши. Дверь в палату открылась. Я повернула голову и увидела медсестру — ту самую, что была здесь вчера, с усталым, но добрым лицом. В руках она держала поднос с завтраком, но, что было странно, телевизор. — Доброе утро, — сказала она, и в её голосе было что-то необычное. Какая-то напряжённость, которой не было раньше. — Как спалось? — Нормально, — ответила я, чувствуя, что что-то не так. — А что случилось? В коридоре шум... — Ничего, — слишком быстро ответила она. — Обычная больничная суета. Вот, принесла вам завтрак. И телевизор решила включить — говорят, сегодня хорошие программы показывают. Праздничные. Она поставила поднос на тумбочку и взяла пульт. Её руки слегка дрожали, и я заметила, как она избегает смотреть мне в глаза. — Что-то случилось? — спросила я снова, и в голосе моём прозвучала тревога. — Всё нормально, — повторила она, нажимая кнопку на пульте. — Завтракайте. Я потом зайду. Она вышла, и я осталась сидеть на кровати, глядя на экран телевизора, который висел на стене напротив. На экране мелькнула заставка новостного канала. Потом — лицо ведущего. Мужчина лет сорока, с серьёзным выражением лица, в тёмном пиджаке и белой рубашке. Он говорил быстро, чётко, и в его голосе не было обычной новогодней радости. — ...по предварительным данным, связь с бортом была потеряна в два часа пятнадцать минут по местному времени. На момент потери связи самолёт находился над акваторией Индийского океана. Поисковые операции начались немедленно, однако на данный момент... Я смотрела на экран, и слова не складывались в предложения. Они были просто словами — набором звуков, которые не имели смысла. Самолёт. Связь потеряна. Поиски. — ...на борту находились сто сорок три пассажира и шесть членов экипажа. Среди пассажиров — граждане России, Китая, Германии... Ведущий продолжал говорить, но я его уже не слышала. Я смотрела на бегущую строку внизу экрана, где маленькими буквами было написано что-то важное, что-то, что я должна была прочитать, но не могла. Строка остановилась. «Рейс 472. Направление: Москва — Пхукет. Статус: пропал. Связь потеряна в 02:15 UTC». Москва — Пхукет. Москва — Пхукет. Это был наш рейс. * * * Я смотрела на экран, и мир вокруг меня переставал существовать. Я слышала голос ведущего, но слова превратились в белый шум. Я видела картинку — карту, на которой была отмечена точка исчезновения, синий океан, красная метка, — но она расплывалась, теряла очертания, превращалась в цветное пятно. — ...поисковые самолёты уже подняты в воздух... — говорил ведущий. —...к месту предполагаемого исчезновения направлены спасательные суда... —...погодные условия в районе поисков осложнены... Я не верила. Я не могла верить. Это не могло быть правдой. Это был какой-то сон. Какой-то кошмар, который приснился мне после того, как я съела на ночь слишком много каши. Я сейчас проснусь, и всё будет нормально. Я открою глаза, и телевизор будет показывать какую-нибудь старую комедию, а ведущий будет рассказывать о погоде на завтра. Я закрыла глаза. Раз, два, три. Открыла. |