Книга Мой вызов. Осколки нас, страница 100 – Ронни Траумер

— Почти, — хмыкает. — Я Анатолий, сосед вашего отца, — говорит и руку протягивает.

— Приятно, — коротко жму его кисть.

— Тут такое дело, — мнётся, но мне уже не нравится, чуйка говорит о неприятном диалоге. — Ваш сын сделал ребёнка моей дочери и исчез за горизонт, — припечатывает Анатолий.

— Кхм, — собираюсь с мыслями. — Какой именно сын? У меня их двое, — лыблюсь, но это нервное, я сыновей, вроде, хорошо воспитывал, учил нести ответственность за свои действия.

— Даниил, — отвечает мужик, и я тут же прохожусь взглядом по гостям, ища виновника этого внезапного торжества.

— А вы уверены? Может… это не он? — смотрю на собеседника, не хочу обидеть его или его дочь, но уж извините.

— Моя дочь не стала бы мне врать, тем более такими вещами не шутят, — раздражённо проговаривает, а я только зубы до скрежета сжимаю.

— Я поговорю с сыном, — уверяю мужчину и направляюсь к стоящему в компании девушек Дане. — А ну пошли, — хватаю за локоть и тяну в сторону.

— В чём дело? — не догоняет сын.

— Видишь того мужика? — отойдя на достаточное расстояние от гостей, указываю на недавнего знакомого.

— И? — не понимает Даня.

— Он мне заявил, что ты его дочери ребёнка заделал и сбежал на все четыре, — сообщаю и смотрю внимательно на своего сына.

— Что? — усмехается. — Бать, я без резинок не тра…

— Тихо! — прерываю, понял и без того. — Могут и подвести, — щурюсь, но по лицу ребёнка понимаю — не врёт.

Ребёнок! Какой он ребёнок? Двадцать три года мужику, бизнес свой, вон, сам детей делает уже. Но, блядь, для меня он всегда будет моим ребёнком.

— Ты знаешь, сколько таких историй я уже слышал, каждый год какая-нибудь проныра заявляет мне о беременности, — как-то устало говорит Даня. — Где эта непорочная дева? Может, я и вовсе её не знаю?

— Понятия не имею! Пошли узнаем, — направляемся к тому мужику.

Но и не доходим до него, как рядом с ним появляется молодая брюнетка, и Даня замирает.

— Что? Узнал? — смотрю на него и, опять же, всё по лицу понимаю. — Твою мать!

— Здесь я, — раздаётся за спиной голос жены, и у меня ноги подкашиваются.

Всем пиздец, и начнёт она с меня.

— Что с лицами? — обманчиво спокойно спрашивает, и мы с сыном переглядываемся.

— Даня женится, — выпаливаю.

— Нет! — тут же восклицает Даня. — Пап, я не при делах, — яростно добавляет.

— Ты её знаешь? — задаю вопрос и получаю кивок в ответ. — Спал с ней? — и снова кивок. — Тогда о чём речь?

— Я не хочу на ней жениться! Что за бред вообще? Мы что, в средневековье? — возмущается, и я его понимаю.

— Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? — вклинивается в разговор наша мама.

— Наш сын ребёнка заделал какой-то девке, — отвечаю и поворачиваю голову к Анатолию и стоящей рядом девушке.

— Я никого не трахаю без презерватива! — громко заявляет, и мы с Алей оба на него шикаем. — Ну вы серьёзно, что ли? Может, я сам решу свои проблемы? Мне не восемнадцать и даже уже не двадцать, — сказав это, он разворачивается и уверенно идёт в сторону виновников данного конфликта.

— Давид, ты ведь не серьёзно? — приближается ко мне жена.

— Он должен нести ответственность за свои действия, — проговариваю, обняв и прижав её к себе.

— Согласна, но я не позволю ему жениться на нелюбимой, — бросает, и на минуту оба замолкаем, наблюдая за тем, как наш сын хватает девушку за локоть и тащит в дом. — И я уверена, если бы всё было так, он не стал бы бежать от проблемы, мы его хорошо воспитали, — добавляет, подняв взгляд на меня.