Книга Рей и Рита, страница 85 – Татьяна Никандрова

Ненавидя себя за слабость, я быстро отвечаю, что уже еду и, пулей соскочив с кровати, натягиваю джинсы. Этой стерве реально удалось меня напугать.

Денис

Непрерывно звоню в дверь Колесниковой, но никто не открывает. Самые черные мысли уже успевают пробраться в мой мозг, когда замок наконец щелкает и на пороге показывается распухшая от рыданий, но целая и невредимая Вика.

— Рей! - восклицает она, кидаясь мне на шею. - Спасибо, что приехал, а то я чуть не... - она вновь заливается слезами.

Аккуратно отстраняю ее от себя и, не разуваясь, прохожу вглубь квартиры. Девчонки, вместе с которой Вика снимает хату, нет дома, и я быстро перемещаюсь из комнаты в комнату. На кухне я наконец нахожу то, что искал: пустой стакан, на дне которого виднеется белый, похожий на известь осадок. Таким образом, мои предположения о причинах столь неадекватного Викиного поведения подтверждаются.

Колесникова, всхлипывая, следует за мной, и когда я останавливаюсь, обнимает меня со спины:

— Рей, я тебя так люблю, слышишь?

— Слышу, - устало выдыхаю я, разворачиваясь к ней лицом и наблюдая за ее непривычно расширенными зрачками. - Давай спать. Завтра ведь в универ надо.

Подхватываю Вику за локоть и тащу в спальню.

— Рей, я тебя хочу, - шепчет она, когда я подталкиваю ее к кровати. - Пожалуйста, возьми меня. Прямо сейчас.

Она прижимается ко мне всем телом и кладет ладонь на мою ширинку.

— Вик, завтра, все завтра, - лгу я, вновь отстраняясь. - Давай ты сначала поспишь.

— Без тебя не лягу, - упирается она и опять тянется к моему ремню.

Ну до чего ж назойливая!

Сжимаю зубы и, скинув конверсы, сажусь на кровать. Колесникова тут же плюхается рядом.

— Вик, я очень устал и хочу спать. Давай отдохнем, хорошо? - взывая к остаткам ее сознательности, цежу я.

— Хорошо, - кивает она.

Я принимаю горизонтальное положение, а Вика ложится рядом, но сон в данную секунду интересует ее меньше всего. Колесникова льнет ко мне, как обезумевшая от течки кошка, а я уже не знаю, как сдерживать ее буйные порывы. Она садится на меня верхом, лезет языком мне в рот, но я совершенно ничего не чувствую. Единственное, чего мне хочется, это поскорее усыпить ее и свалить восвояси. Наверняка, протрезвев, Вика поймет, что самоубийство не выход из сложившейся ситуации.

Сжав ладони в кулаки, я жду, когда Колесниковой надоест извиваться на мне, и периодически убираю от себя ее руки. Спустя минут пятнадцать Вика наконец понимает, что ее попытки расшевелить меня не увенчаются успехом, и откидывается на подушку. А еще через четверть часа она начинает сопеть.

Осторожно выскользнув из кровати, я закрываюсь в ванной и звоню Викиной соседке, номер которой каким-то чудом нахожу в списке своих контактов. Когда девчонка берет трубку, я быстро обрисовываю ей ситуацию и прошу приехать сюда как можно быстрее.

— Я вообще-то с парнем и уже сплю, - хрипло отзывается она.

— Я понимаю, но мне будет спокойней, если сегодня ночью Вика будет не одна.

— Так чего ты сам с ней не переночуешь?

— Ты вообще слышала, что я сказал? Мы расстались! У меня теперь другая.

— Лихо ты перекидываешься с одной бабы на другую, - укоризненно замечает она.

— Если приедешь в течение получаса, заплачу три косаря, - говорю я, не желая вступать с ней в полемику.