Книга Зови меня Златовлаской 2, страница 27 – Татьяна Никандрова

Назар тем временем все больше входил в образ и с бешеной экспрессией продолжал:

Испить бы яду мне,

Но смерть не принесет покоя!

Лишь твое "да", о, Александра,

Мою больную душу успокоит!

"Отлично! Этот шизофреник еще и стихами заговорил!" – раздраженно подумала я, пытаясь отодрать прилипшего парня. Но силенок у меня для этого явно было маловато.

Двери моего автобуса распахнулись, и из него стали выходить пассажиры.

— Назар, мне правда надо ехать! – сказала я негромко, глядя ему прямо в глаза.

— Просто скажи "да". Ведь вероятность того, что мы снова встретимся не так высока, – также тихо ответил он, сжимая мои ноги.

— Хорошо, да, – не выдержала я.

Назар мгновенно опустил меня и поднялся, отряхивая колени. Вид у него при этом был довольный и совершенно спокойный. Будто это не он пару секунд назад ползал по остановке с дикими воплями.

Одной из последних я заскочила в автобус, и перед тем, как его двери закрылись, увидела лицо Назара. Он, хитро улыбаясь, одними губами произнес: "Ты обещала!"

Глава 5

Иногда, глядя записи с выступлений Влада, я не могла отделаться от ощущения, что он для меня слишком крутой. Слишком красивый. Слишком яркий. В Ревкове было столько природного обаяния, дерзости и стиля, что порой мне становилось страшно. Я боялась ему не соответствовать.

Количество подписчиков Влада в социальных сетях росло в геометрической прогрессии, и каждый новый день десятки девочек комментировали его фотки словами типа "сладкий", "лучший" и "офигенный".

Я старалась с пониманием относиться к возрастающей популярности своего парня, но, признаться честно, порой мне давалось это с трудом.

Как-то вечером, листая ленту Инстаграм, я неожиданно увидела, что Влад выложил отрывок их совместной с Марианной песни к себе в профиль. Он упоминал, что композиция почти готова, и скидывал черновые записи, но здесь в социальной сети показал финальный вариант.

Песня мне понравилась. Ритмичная, не слишком быстрая, не слишком медленная. Трогательная, чувственная и задевающая за живое. Под такую можно и потанцевать, и погрустить.

С одной стороны, меня распирала гордость за Влада и ребят из его группы: им удалось создать поистине потрясающую песню, которая вполне могла бы стать большим хитом. Но, с другой стороны, трек был записан совместно с Марианной, молодой и талантливой певицей. Их голоса так красиво переплетались в песне, будто между ними на самом деле было что-то особенное.

Влад пел о любви. Но на это раз я чувствовала, что не для меня. И это болезненно задевало за живое. Умом я понимала, что это всего лишь работа. Но ревность, как маленький червячок, медленно прогрызала ранку в моем сердце.

Кстати о ревности, в последнее время это чувство я испытывала не только к Владу, но и к своему лучшему другу Булаткину. Отношения Антона и Зарины развивались довольно стремительно. Они много общались, он провожал ее после школы, лишив нас с Адой этой привилегии, и постоянно переписывался с ней в мессенджерах. На переменах эта сладкая парочка вечно шушукалась, да и в столовой Князева все чаще сидела за нашим столом.

Я, в отличие от Ады, относилась к ней нейтрально. Не то, чтобы она мне не нравилась, просто мы почти не общались. В основном Зарина разговаривала с Антоном, а со мной перебрасывалась лишь формальными фразами типа приветствия и прощания.