Книга Проучить мажора, страница 67 – Татьяна Никандрова

Покинув основной зал, я сворачиваю в узкий коридор и уже облегченно выдыхаю, завидев дверь женского туалета, когда за спиной раздается оклик, электрическим разрядом прошибающий нервы.

— Маша! — голос Стаса продирается сквозь безудержные крики «горько», раздающиеся за стеной.

Ну что с ним не так-то, а? Дурак он? Садист? Или все же…

Нет-нет, Маша, даже не думай об этом. Даже не думай! Ты и так впустила его в свой рот и в свою голову! Если впустишь еще и в душу, то спасения не жди. Не подставляй под очередной удар сердце, лишь недавно собранное по кусочкам.

Стас

Знаете, иногда влечение к другому человеку сравнивают с полетом, с парением меж облаков, с порывами ветра в волосах. Говорят, что за спиной вырастают крылья, а тело делается невообразимо легким, даже невесомым… Что на душе становится потрясающе спокойно.

Так вот с моим влечением к Маше все абсолютно иначе. Никакой это не полет! Это гребанное падение! Падение в страшную, кипящую бездну, где царит хаос, сумбур и неразбериха.

Рациональная часть меня, надрывая горло, кричит о том, что мы с ней разные. И по происхождению, и по содержанию. Я — слегка зажравшийся ценитель роскоши и доступных женщин. Сноб, конформист и, давайте уж будем откровенными, избалованный отцовскими деньгами лентяй.

Она — не совсем адекватная разрушительница устоев. Острячка, хулиганка, воровка. А еще создательница всех моих проблем. Больная на голову и совершенно неуправляемая.

Что у нас с Машей может быть общего? Ни-че-го. Ровным счетом ничего, это же очевидно! Да, прямо сейчас нас связывает некая общая цель, но как только мы ее достигнем, всякие точки соприкосновения исчезнут, испарятся. Потому что даже у льда и пламени совместимость выше, чем у меня с Зайцевой.

Но, несмотря на столь неопровержимую противоположность, мы с этой ненормальной тянемся друг к другу как магниты с разными полюсами. Неминуемо и неотвратимо. Вроде бы оба сопротивляемся, хватаемся за агрессию и напускное равнодушие, как за спасательный круг, но все равно тонем. Тонем в пучине накрывающих нас иррациональных и пугающе сильных чувств.

Честно? Я не знаю, зачем я ее поцеловал. Ничего ведь такого не планировал. Ну, то есть, конечно, я думал об этом, прокручивал сценку в голове, но лишь чисто гипотетически, без какого-либо прямого намерения.

Для парней это вообще естественно — мысленно трахать всех девчонок, которые более или менее соответствуют их вкусу. Нечто вроде виртуальной репетиции, которая помогает понять, стоит ли затевать этот спектакль в реальности или нет.

Скажу сразу, наш с Машей воображаемый секс прошел восхитительно. На десять из десяти, что в общем-то неудивительно, учитывая ее жгучий темперамент и мое непревзойденное мастерство в постели.

Да, я представлял ее голой, думал о ней в том самом смысле, вот только дальше безобидных фантазий заходить совсем не рассчитывал. По вполне понятным и веским причинам, которые, собственно, уже озвучил: она — Венера, а я — Юпитер со всеми из этого вытекающими.

Однако стоило мне включиться в Машкину, казалось бы, детскую игру под названием «притворись моей парой», как мои мозги напрочь переклинило. Хотя какой там переклинило? Снесло нахрен к чертям собачьим! По-другому объяснить свой внезапный порыв я не могу.