Книга Измена. Неправильная сказка, страница 17 – Любовь Попова, Елена Гром

— Спас, ага. Выбросил на ветер чертову тучу денег.

— Прости, я все отдам!

— Каким образом, Нюр? На панель пойдёшь?

— Нет конечно. Я больше с отцом не буду жить, я могу работать официанткой, поваром, уборщицей…

— Ага и перед клиентами ноги раздвигать.

— Не говори обо мне так! — срываюсь. — Я бы никогда! Он заставил меня! И не было ничего!

— Да знаю я, не ори. Мне чуть мозги из-за тебя не отбили.

— Прости, прости. Давай я посмотрю. У тебя есть аптечка?

Он не отвечает, смотрит вперед.

— Костя…

— Погоди, дай подумать.

— Хорошо, — пожимаю плечами, понимая, что из машины он меня уже не выгонит.

— Паспорт с собой?

— Да конечно, я же сбегала в город.

— Понятно. Короче подадим заявление и сразу поженимся. Скажем, что ты беременна, нас быстро распишут.

Мне, наверное, послышалось.

— Ты шутишь?

— Нет. Ты мне нравишься. Давно причем. Так что, раз ты освободилась от своего горе папаши, то поедем в город вместе. И поженимся.

— А-а-а-а-а-а!! — ору чайков. Меня так от счастья распирает, что грудь болит от частого сердцебиения. Я тут же перелезаю через сидение, уже не чувству4я страха, боли, только всепоглощающее счастье. Целую его побитое лицо, исцеляю своей любовью, а он вроде даже не сопротивляется, гладит талию, плечи, волосы, снова талию и ниже, гладит попку.

— Ниже.

— Что?

— Целуй меня ниже, — тянет он мою руку себе на пах. Уже каменный и крупный. Я сглатываю, смотря вниз, на приличный бугор в штанах. Страхов больше нет, только желание сделать приятно своему герою, будущему мужу. По телу разливается тепло, словно я выпила горячего чая. Все это стекает вниз живота, в то место, которое всегда реагировало на Костю одинокого.

— Прямо сейчас? А тебе не будет больно.

— Я тут же забуду о боли, как только ты мне отсосешь. Ты же хотела меня полечить. У тебя есть уникальная возможность. Давай, — он сам расстегивает ширинку брюк, приспускает боксеры. Оттуда как черт из табакерки выпрыгивает крупный член, щелкая меня по руке, которую Костя тут же укладывает на корень.

— А может рукой, как в прошлый раз, — мне даже понравилось смотреть, как он теряется в ощущениях.

— Нет уж. Мы же почти женаты, ты же не будешь мне отказывать в минете?

— Нет конечно, Кость. Я тебе ни в чем отказывать не буду. Я же люблю тебя.

— Тогда приступай, посмотри, как он дрожит от нетерпения.

Я киваю, опускаю голову, но поднимаю глаза.

— Ты любишь меня?

— Конечно люблю, давай уже соси.

Он давит мне на голову, а я рассматриваю то, что уже трогала руками. Он такой же крупный, увитый венами, с круглой головной на конце, словно набалдашник. На самой вершине светится капелька и вот ее я пробою на вкус. Сладко соленая, словно только что отжатый творог.

— Блин, ты и правда никогда не сосала? — поднимает Костя меня за голову, и я ею качаю. Он вздыхает, целует меня, уже более нежно, почти ласково. — Просто представь, что это чертов чупа — чупс.

— Кусать не надо?

— Кусать точно не надо, просто облизывай и соси. Помнишь, как те конфеты, которые я тебе привозил.

— Ты специально это делал?

— У меня бушевали гормоны, конечно специально. А теперь я готов взорваться, так что помогай.

— Ладно, ладно, — тороплюсь его поцеловать в губы и снова голову опускаю. Втягиваю вершину в рот, но тут мимо проезжает машина и я отпрыгиваю. — Не могу здесь, все видят.