Книга Попробуй сбежать, страница 151 – Виктория Рогозина

Здесь её никто не слышал. Никто не останавливал. Никто не говорил «тише».

Она кричала долго. Так, что в какой-то момент голос сорвался в хрип, а горло обожгло болью. Кричала, пока изнутри не вышло всё — до дна, до последней капли. Пока не осталось ничего, кроме усталости.

Потом силы просто кончились. Ванесса осела на землю, неловко скрестив ноги, уронив руки на колени. Дыхание было рваным, грудь вздымалась часто, но внутри… внутри вдруг стало тихо. Непривычно. Пугающе спокойно. Ни боли. Ни злости. Ни отчаяния. Пустота сменилась чем-то другим — ровным, глухим покоем.

Она медленно выдохнула. И в этот момент почувствовала запах. Табак. Не резкий, не дешёвый — знакомый, тёплый, с горчинкой. Запах, который она знала слишком хорошо. Ванесса чуть повернула голову.

Давид сидел неподалёку, на невысоком камне, будто всегда тут был. Курил неторопливо, со вкусом, глубоко затягиваясь и так же медленно выпуская дым. Локти опирались на колени, спина расслаблена. Вид у него был удивительно мирный — словно он приехал не за ней, а просто посидеть у реки, подумать о своём.

Она поймала себя на странной мысли: при своём росте, широкой фигуре, тяжёлом присутствии он двигался абсолютно бесшумно. Ни шагов. Ни шороха. Хищник. Настоящий. Из тех, кто не гонится — а ждёт. Почему-то в голове всплыло сравнение с крупной кошкой. Ягуар? Да, похоже. Спокойный. Опасный. Уверенный.

От земли тянуло холодом. Только сейчас Ванесса поняла, что замерзает. Она поднялась, чуть пошатываясь, подошла ближе и опустилась рядом с ним. Без слов. Просто придвинулась и уткнулась лицом ему в плечо, чувствуя тепло, устойчивость, реальность. Давид не вздрогнул. Не обнял сразу. Просто был рядом.

— Легче? — спросил он негромко, будто между делом, глядя на тёмную воду.

— Угу, — ответила она так же тихо.

Он докурил, аккуратно выбросил окурок в сторону, растёр носком ботинка, встал первым и протянул ей руку.

— Тогда поехали домой.

Без нажима. Без приказа. Ванесса вложила ладонь в его — и позволила увести себя к внедорожнику, оставляя крик, реку и ночь позади.

Давид вел машину привычно — одной рукой, расслабленно, уверенно, будто дорога была продолжением его тела. Фары выхватывали из темноты асфальт, редкие деревья, дорожные знаки. В салоне стояла тишина, не напряжённая — выдохшаяся.

Ванесса сидела рядом, уткнувшись взглядом в окно. Темнота за стеклом текла, как вода, и вместе с ней из неё самой будто утекало что-то лишнее: истерика, надрыв, край безумия, на котором она балансировала последние недели. Голова была пустой, но уже не мёртвой. Просто тихой.

Смартфон Давида завибрировал, вспыхнул экраном.

— Да? — ответил он коротко, не отрывая взгляда от дороги.

На том конце раздался тягучий, почти мурлыкающий голос:

— Милый… я соскучилась. Ты совсем пропал. В универе тебя не видно, — Мириэн говорила так, будто между ними всё ещё было что-то интимное, само собой разумеющееся.

Давид слегка прищурился.

— Ты по делу или как? — холодно спросил он.

Короткая пауза, затем лёгкий смешок.

— А если по личному? — она понизила голос. — Ты не передумал? Я всё ещё жду тебя. Только для тебя. Всегда ждала.

— Можешь не утруждаться, — спокойно ответил он. — Ты меня не интересуешь.

На том конце повисла секунда тишины, а потом Мириэн рассмеялась — звонко, уверенно, будто отказ был частью игры.