Книга На всякий случай, страница 51 – Anastasia Richter

На меня накатило такое разочарование вперемешку со слабостью, что я обессилено растеклась по дивану. Взгляд уныло вперился в потолок и никак не мог отлипнуть. Очень хотелось закрыть глаза и уплыть в сон. Или ущипнуть себя за руку и поскорее проснуться. Но я прекрасно осознаю, что это, к сожалению, не поможет.

Я понимала, что, возможно, наша с ним встреча будет не очень радужной. Я понимала, что всех подробностей он никогда не знал и не захочет узнать. Я понимала, что на самом деле он не тот добрый герой, каким его описывала Элли. Всё же взрослые с детьми — одни, а с другими взрослыми — совсем другие.

Но всё же… какой-то глупой частичкой себя я представляла, что самый добрый из всех возможных мужчин найдёт свою племянницу, которую безумно любит, снимет с меня хотя бы часть забот и мы будем… Что будем? Счастливы? С каким-то сказочным принцем, которому доверчивый ребёнок приписал все добродетели, а я, как дура, поверила? Айлин, очнись. Приди в себя. Это всё ересь. Соберись, тряпка. Плотно сжала зубы, мне кажется, что скрежет от этого действия разнёсся по всей комнате.

Делаю голубой вдох и стараюсь отринуть от себя весь поток эмоций, который рвётся наружу. Нужно быть рационально. Да. Обдумаем эту ситуацию немного позже. А сейчас нужно действовать в другом направлении.

— Что ты предлагаешь делать?

— Ты дура?

Рационально, рационально, рррационально. Как же я мечтаю врезать по твоей холёной морде чем-то тяжёлым, чтобы стереть эту снисходительную улыбку.

— Ты с первого раза вопрос не понимаешь, да? Я спрашиваю, какой у тебя план действий. Ты летел сюда с какой целью?

— Я летел сюда, чтоб забрать племянницу, которую ты нагло присвоила с целью выкупа. Вот зачем я летел. Так понятно?!

С каждой фразой, что срывается с его губ, он повышает голос на пол тона. Под конец уже практически кричит. Идиот.

— Прекрати орать и говори нормально. Ты напугаешь Элли.

— Она Габриэль.

— Она и Габриэль, и Элли, и Эльчонок, и еще много разных слов. Перестань вести себя как ребёнок у которого забрали конфетку. Мне нужен конкретный ответ.

Опыт — он такой. У меня даже голос не дрогнул. Уверена, что лицо тоже без малейших признаков эмоций, которые я на самом деле испытываю.

— Хорошо. Хорошо.

Он запустил обе руки в волосы и нервно сжал рыжее ухо. В другой ситуации это выглядело бы смешно, но вот сейчас мне ни капли не весело. Этот мужчина вызывает во мне неимоверный ужас. Спрятала руки в складках костюма, дабы скрыть дрожь.

— Я понял. Давай договоримся. Я дам тебе деньги. Много денег. Они окупят все твои затраты на малышку, и ты будешь в очень большом плюсе. Понимаешь? За это ты откажешься от прав на девочку. Мы просто совершим обмен: ты мне Габи, я тебе деньги. Все довольны. Согласна?

— Нет. И точка.

— Да твою же мать, какого хрена нет?! Что тебе надо ещё?

— Габриэль моя. Ясно? Хочешь принимать участие в её жизни? Принимай. Ты всё же не постороннее лично для неё существо. Но даже не думай её забирать. — говорю с непоколебимой уверенностью, которой на самом деле не испытываю.

— Зачем она тебе?

— Что бы ты себе там не надумал — она моя дочь. Всё это время я воспринимала её именно так и никак иначе. С какого перепуга я должна её отпустить? — меня переполняло негодование вперемешку с презрением к этому самоуверенному существу.