Книга Карнавал лжи в Академии драконов. Часть первая, страница 33 – Анна Алексеева, Деймон Краш

Половина зала была выделена для публики: в ней тянулись ряды обитых красным бархатом скамей, и ряды эти опускались от входа вниз, к подиуму, с одной стороны которого стояла кафедра проповедника, а с другой — огромная золотая статуя мужчины и женщины, соединившихся в поцелуе. Это был образ Прародителей драконов Виригии — их святыня и гордость.

Дверь, через которую я вошла в церемониальный зал, оказалась сбоку и выводила на подиум, будто я появилась на сцене из-за кулис. С противоположной стороны вышел Луи в подобранном нами костюме. Длинный камзол ему чрезвычайно шёл и подчёркивал аристократичность фигуры. Для дракона он был не слишком крупным, но высоким и жилистым. Все линии его тела казались результатом работы мастера, живым воплощением статуи бога.

Мне показалось даже, что он чувствовал себя на сцене совершенно естественно, будто привык играть роль. Улыбка на его лице была такой мягкой и обаятельной, что я почти поверила в искренность нашего брака. Я пыталась найти следы волнения, но ничего не выдавало в нём ни капли тревоги. Казалось, он привык играть эту роль. А значит, мне стоило быть осторожнее.

Публики у нашего спектакля оказалось больше, чем я ожидала. Скамьи, конечно, не были полностью забиты, но гости заняли как минимум три первых ряда. Я почувствовала, как колени начали дрожать. Кто они все? Поверят ли они в нашу ложь? Пройдёт ли всё, как нужно, или мне снова придётся скрываться и искать новую личность?

Кто-то из присутствующих наверняка знал настоящую Лейлу. А вот я не знала о ней ничего. Мысль об этом царапнула сознание, но я заставила себя идти дальше, глядя только на Луи и не позволяя себе даже посмотреть на любопытно разглядывающую меня публику. Подол платья мягко скользил по ступеням, и каждый шаг отдавался в груди глухим ударом сердца.

Когда я остановилась в центре зала перед Луи, он улыбнулся и нежно взял меня за руки.

— Всё, назад пути нет, — сказал он так тихо, что за звуками музыки этих слов не услышал никто, кроме меня.

— Я и не собиралась, — так же тихо ответила я и повернулась в ту сторону, где между рядов гостей к подиуму спускался жрец. Его легко было узнать по чёрной рясе, расшитой серебряными нитками. Он поднялся к нам встал так, чтобы мы с Луи оказались между ним и публикой, и воздел руки к небу.

Музыка стихла.

— Сегодня, — торжественно произнёс он, — перед лицом Праотца и Праматери, благословлённые Богиней Золотой Драконицей, мы соединяем судьбы двух достойных детей Виригии.

Луи чуть крепче сжал мои пальцы и подбадривающе улыбнулся. Я невольно ответила ему улыбкой, но волнение только усиливалось с каждым мгновением. Гости замерли, будто боялись даже дышать. И только двое маленьких детей возились на коленях родителей.

— Пусть прольётся на них свет Благодати, — выдохнул жрец и прикрыл глаза.

В этот момент словно выглянуло солнце из-за туч, и через стеклянный купол крыши на нас действительно пролился золотой свет. Хотя это было совершенно невозможно: солнце уже почти село, когда мы вошли в храм.

— Луи Эван Варгас, — обратился жрец, — подтверждаете ли вы своё желание связать жизнь и душу с мисс Лейлой Мариотт, служить ей в горе и радости, хранить её честь, защищать жизнь и не отрекаться от неё ни перед людьми, ни перед Богиней?