Книга Проклятие Золотого города, страница 136 – Тай Хоу

— Наместник прямо всего себя отдает людям, – саркастически подметил Ся Ваньба.

Они сидели все вчетвером в одной повозке, так как дорога до храма была не из легких – идти пешком было бы слишком сложно для уважаемых господ. Если бы наместник Су знал, что «брат» Юнь Шэнли – это наследный принц, то подготовил бы ему самую роскошную из имеющихся повозок и сопроводил бы сотней стражей, но, к немалому огорчению принца, тот, похоже, ничего не знал о его происхождении.

— Он подает хороший пример для своих подчиненных. – Яо Линь, не поворачиваясь к собеседнику, продолжал любоваться проносящимися за окном видами. Ему было просто неинтересно смотреть на мелкую жабу.

— И что же такого делает наместник, чтобы быть хорошим примером? Ничего! Работать – его обязанность. Он должен служить дворцу, а не людям.

— Ваше Высочество правы, – спокойно, словно наставник Лю, произнес Яо Линь. – Но мудрый император всегда будет прислушиваться к народу, а не доказывать свою власть силой и стремлением подчинить себе всех и каждого. Главное – слышать людей.

Ся Ваньба задумался, но его слова прозвучали, как и всегда, высокомерно:

— Разве наследный принц нуждается в мнении простолюдина?

— Прошу, прекратите! – Юнь Шэнли подал Яо Линю знак не трогать принца, и тот послушался, и сам не горя особым желанием продолжать разговор.

— Юнь Шэнли, если еще раз он посмеет обратиться ко мне без моего на то разрешения, в столице лишится головы в первый же день нашего возвращения!

Яо Линь хотел было раскрыть веер и спрятаться от всех за ним, но вспомнил, что где-то его потерял, и от этого стало только хуже. Обычно эта простенькая вещица помогала ему успокоиться, поэтому сейчас, когда руки оказались ничем не заняты, ему страшно хотелось разбить чью-нибудь голову, как орех. Заметив, как раз за разом нервно сжимались и разжимались чужие руки, Юнь Шэнли нахмурился, понимая, что Яо Линь где-то оставил свой веер.

— Я не хотел обидеть Ваше Высочество.

Не услышав в его словах искренности, принц поджал губы:

— Не думай, что у меня есть власть лишь в столице. Посмеешь выкинуть что-то подобное еще раз, и лишишься головы на ближайшей плахе.

Бледный Сунь Юань, сжавшийся в противоположном углу повозки, думал лишь о том, как бы побыстрее добраться до храма.

— Господин Яо, не ссорьтесь, пожалуйста, с наследным принцем…

— Верно! Ты не смеешь даже смотреть в мою сторону. – Ся Ваньба с радостью повернулся, от всего сердца соглашаясь со словами Сунь Юаня, но, заметив его бледно-зеленое лицо, нахмурился.

Через некоторое время они оказались возле подножия горы, на вершине которой и находился знаменитый храм Цзянсуй. К его дверям вела ровно тысяча ступеней, и рассказывали, что, преодолев их, можно было очистить душу.

Именно там их встретил советник наместника. Его лицо не выражало особого удовольствия от того, что именно ему пришлось снова сопровождать дорогих гостей. Хоть главу Ведомства и его людей называли гостями, они все равно считались чужаками, которые в любой момент могли отбросить свои лживые маски в сторону, забыть вежливые и учтивые слова и обрушить на наместника такую волну несчастий, которая уничтожит весь Далин вместе с его правителем.

— Приветствую главу Ведомства наказаний. – При виде Яо Линя настроение Лун Жуя немного улучшилось. – Советник Яо, как добрались?