Книга Светлая любовь Темного Лорда, страница 49 – Константин Фрес

Мы с Бесси обернулись.

Лия, со следами побоев на лице, стояла в дверном проеме, чуть наклонив голову, чтоб не задевать притолоку.

Ее глаза были сухи, злы и наполнены завистью.

— Давай, раздай свои богатства, — продолжила она насмешливо. — Эта старая пройдоха только того и ждет, чтоб поживиться за твой счет.

— Я сама решу, что мне делать с моим добром, — резко ответила я. — Не твоя это забота.

— Конечно, не моя, — хмыкнула насмешливо Лия. — Но потом не скули, когда останешься сидеть с голым задом в голых стенах!

— Что ж за язык у тебя! — ругнулась Бесси. — Словно жало ядовитое, змеиное! Приморить бы тебя голодом как следует…

Лия, торжествуя, усмехнулась.

— Только попробуй! — ответила она грубо. — Кормить-то меня тебе придется все равно. Иначе Темные с тебя спросят, отчего я увяла! Помнишь еще их палку, не забыла? А я уж постараюсь их разжалобить, чтоб они еще лучше выколотили пыль из твоей старой шкуры!

И она, гадко рассмеявшись, выскочила прочь, чтобы неповоротливая Бесси ее не смогла поймать.

— Вот дрянь, — ругнулась я.

— Бабка ее такой же дрянью была, — протянула Бесси задумчиво.

— Вы с ней дружили? — спросила я.

Бесси кивнула.

Кажется, эта давняя история не девала ей покоя, жгла душу.

И Бесси уже давно хотела бы выговориться.

— Она всегда была дерзкая, смелая… Ядовитая, — с горечью ответила Бесси. — Мы что? Запуганные и забитые. А она и палок наполучает, и поплачет, и снова огрызается. Мне это в ней нравилось. Думала — смелая она. Наверное, отчасти это так и было…

Она тяжело вздохнула, вспоминая события давно минувших дней.

— Она убежала, и тебя наказали, да? — спросила я.

Бесси кивнула.

— За ее дерзость ее перевели на грязные работы. Меня же сделали наставницей Осенних Цветов. Я воспитывала новых служанок. И помогала ей… думала, мы подруги. А она часто не справлялась с работой. За это я должна была ее наказывать. Темные мне говорили, что палка — лучшее лекарство для нее. Но я ее жалела. Не осмеливалась бить. Помогала ей с работой, или сама, или заставляла девушек. Она была мне единственным близким существом. Подругой, как мне казалось. А она выкрала у меня ключи и бежала. Знала, что со мной Темные сделают, но все же сбежала.

Бесси тяжело вздохнула.

— Могла б хотя бы меня не подводить под бой! — горько рассмеялась она. — Могла б ускользнуть, когда ее отправляли за хворостом, наверх. Или выехать на повозке, с товарами. Но нет; зачем! Я думаю, она нарочно стащила мои ключи. Словно… словно отомстила за то, что я так покорна Темным, и они за это мне доверяли и сделали главной. Выше нее, такой умной! Гретта считала себя самой лучшей из всех…

Бесси снова вздохнула, избавляясь от застарелого груза.

Глаза ее снова стали внимательными, взгляд жестким.

— Ты вот что, девочка, — она хлопнула по ладони своей осиновой палкой, — запирайся всегда на ключ, чтоб эта змея сюда не пролезла. Даже если она тебя обворует — ей удастся преподнести дело так, будто ты недоброе дело затеяла, а она тебе помешала. Бойся ее! Такие калечат самых добрых и самых близких.

Пока мы осматривали мой дом, вернулись Темные Слуги.

Признаться, я о них уже позабыла. А они пришли, принесли запах мороза, воз хвороста и тушу убитого оленя.

И свалили добычу на рабочий стол.

Увидев его, Бесси снова всплеснула руками и расплакалась.