Книга Серебряные нити Шардена. Пепел и тис, страница 164 – Мари Ларина

Завоняло канализацией. Хороший знак, как бы смешно это не звучало. И ровно в тот момент, когда бок предательски заколол так, будто под кожу вогнали раскалённую иглу, и я всерьёз подумывала просто грохнуться на пол, остаться там — хоть на минуту, хоть на вечность — я с размаху ткнулась лбом в грудь Магистра. Он внезапно остановился — перед долгожданной лестницей — и стоял, как скала, дожидаясь меня, будто не чувствовал за спиной ни моего гнева, ни моего злого пыхтения, ни усталости, ни этой напряжённой атмосферы, возникшей после нашей небольшой стычки.

— Ты из камня что ли сделан? — хрипло зашипела я, отшатнувшись и потирая лоб, который тут же начал пульсировать, вторя сердцу и боку. Тупая боль. Тупой коридор. Тупой Хаэль.Боги, как меня сейчас всё бесит. Хочется пить, есть, дышать свежим воздухом… и присесть. Хотя бы на минутку.

Он молча покачал головой — сдержанно, почти насмешливо, — и, пропуская меня вперёд по узкой лестнице, пошёл следом. Его шаги были всё те же — ровные, уверенные, без следа усталости. А мои… мои ноги были будто налиты свинцом. Колени завыли снова — обиженно, предательски. Я мысленно пообещала им горячую ванну и день без обязательств. Этерна, как хорошо, что завтра выходной…

Лестница казалась бесконечной. Каменные ступени поднимались вверх, вверх, вверх… да сколько же мо… о, конец лестницы. И ровная, глухая стена. Я замерла, пытаясь отдышаться. Эврен снова шагнул вперёд, и я, опасно покачнувшись, едва не полетела вниз. Рука Магистра ловко прихватила меня за локоть — твёрдо, но бережно. Бесит. Даже тут он успел. Индюк!

Он второй рукой начал вычерчивать в воздухе знакомые линии — точные, отточенные, будто выгравированные в самом пространстве. Хотя так и было. Проступили тени начертанных символов — серебристые, будто вытканные из лунного света.

— Umbra, ostende sursum,— прошептал он.

И стена дрогнула. Камень отозвался, медленно разомкнувшись и явив скрытую дверь. Неужели! Я оттолкнула Эврена, (частичка души при этом нехитром движении возликовала) выскользнула вперёд и буквально вывалилась в арку Северных древностей. О, воздух. Упоительный. Свободный. И почти свежий — ну, насколько может быть свеж воздух в узкой, заваленной мусором, арке, где стены видели больше мёртвых, чем живых. Но по сравнению с уже изрядно надоевшим коридором и канализационным ароматом — это был упоительный глоток свежести. Я вырвалась за пределы арки, встала чуть поодаль и просто… дышала. Дышала, как будто вся магия этого места заключалась в праве наконец вдохнуть. Один, второй. Медленный. Глубокий. Резкий. Рваный. Дышать, дышать, дышать.

Послевкусие ссоры ещё гудело в груди горьким отголоском. Я злилась. На него, что сейчас очередным теневым плетением скрывал дверь. На себя. На то, как легко он решает, что я должна знать, а что — не заслужила. Да, конечно, я не была полной дурой, и понимала, что это государственная тайна.

Но, твою мать, восстание Тихого Круга тоже отчасти государственная тайна! Народ до сих пор не знает никаких деталей, только лишь то, что теневики взбунтовались, а меня и Эврена почему-то оставили в живых. Никто не знал, что Хаэль убил всех. Разве я не заслуживала права знать, что хоть что-то сохранилось?..Но ещё больше злилась от того, что часть меня всё ещё искала взгляд того, что уже направлялся ко мне. Я хотела, чтобы он понял меня. Хоть немного. Хоть в чём-то.