Книга Деловая поездка, страница 139 – Джесси Гарсиа

Дряхлый автобус доплелся до станции уже на закате. С сумками в руках я прошла несколько километров до пляжа. Над головой с пронзительными криками носились птицы. Изнуряющей жары не было – с моря дул ласковый бриз. Солнце неторопливо опускалось за горизонт и таяло в океане. Едва увидев этот закат, я поняла: здесь и останусь навсегда.

Деревня оказалась именно такой, какую я себе воображала в школе и позже. Вдали от шумных дорог, населенная рыбаками, каждое утро выходящими в море на своих моторках. Впрочем, есть и все удобства для туристов. А вот таких толп американцев, как на других мексиканских курортах, нет. Спокойное, расслабленное место. Вдоль побережья немало баров и ресторанов, и почти у каждого на двери объявление SE BUSCA AVIDA – «требуются сотрудники».

В первом месте, куда я зашла, меня тут же и наняли. Показывать, сколько у меня с собой денег (больше десяти тысяч долларов, доставшихся от Стефани), разумеется, было нельзя – стоит кому-то об этом узнать, и я стану очередной убитой американской туристкой. Так что я поселилась в дешевом мотеле, устроилась на работу официанткой, купила новый телефон и начала подтягивать испанский. Даже сделала татуировку, на этот раз настоящую. В виде компаса. Пусть напоминает мне, куда дует ветер.

Следить за новостями об убийстве было нелегко. Во-первых, все новости здесь на испанском, во‑вторых, не хотелось дать кому-то заметить, что меня интересует громкое уголовное дело в США. К тому же дешевый телефон оказался не слишком хорош, а телефонный сервис здесь надо было еще поискать. Судя по обрывочным сведениям, дошедшим до меня за несколько недель, полиция каким-то образом выяснила, что на конференции была самозванка (понятия не имею, как они об этом догадались) и что эта же самозванка улетела в Атланту. Пришли к мысли, что это, скорее всего, я – но также предполагали, что Трент убил меня в ссоре, не сумев по-хорошему поделить со мной деньги Стефани.

Ха! Ладно, пусть так и думают. Тело мое не нашли, но продолжают искать. А Трент тем временем гниет за решеткой. При мысли об этом я расплывалась в улыбке.

Единственной мухой в варенье оказался парень в пурпурном плаще и с пуделем. Он собрал собственную пресс-конференцию, пришел туда с собакой на руках и заявил: мол, видел, как в тот вечер, когда Трент вернулся с конференции, Стефани сидела на скамейке неподалеку от его дома вместе с какой-то женщиной в обтягивающей кофточке. Они о чем-то разговаривали. Он даже незаметно сфотографировал этих женщин – понял, что мы не местные, и что-то ему подсказало, что фото может потом пригодиться.

Я вспомнила этого чувака в пурпурном. Он проходил мимо, как раз когда я собиралась передать Рейвен пачку наличных, и в самом деле пристально нас разглядывал. Рейвен еще прошипела мне: «Не здесь!» А теперь, значит, решил улучить свою минуту славы, поделившись тем, что ему известно. Но никакого продолжения его откровения не имели, так что об этом я не беспокоилась. К тому же пару дней спустя в Лос-Анджелесе пропала какая-то актриса, в новостях стали рассказывать об этом, а мое дело отошло на задний план.

Прогуливаясь по своему новому раю, я часто вглядывалась в толпу или в загорающих на пляже, надеясь разглядеть среди них Рейвен. Но пока ее не видела. Кстати, все здесь, от еды до одежды, было так дешево, что слюнки текли. Наконец-то я чувствовала себя богатой… и, боже мой, какое же это счастье!