Книга Фау-2, страница 109 – Роберт Харрис

Граф: «Я хотел построить космический корабль, а не машину для убийства».

Ридель: «Положительная сторона в том, что это не столь уж эффективная машина для убийства».

Фон Браун: «Когда война будет проиграна, наша задача – не дать нашим достижениям сгинуть».

Греттруп: «Пенемюнде достанется Советам. Это лишь вопрос времени. Коммунистическая система – наша главная надежда».

Каждое слово было записано – то ли хозяйкой, то ли кем-то из гостей, информатором Зихерхайтсдинст^[40]. Когда Графу предъявили расшифровку разговора, черным по белому, он решил, что все они покойники. Но допросы продолжались день за днем, гестаповцы тщательно копались во всей истории ракетной программы, и он пришел к иным выводам. В конце концов, если эсэсовцы знали о вечеринке с октября, то почему тянули с арестом до марта?

Неделю спустя арестованных отвезли обратно в Цинновиц и отпустили. Легенда гласила, что Дорнбергер переговорил со Шпеером, тот вышел на Гитлера, и Гиммлер великодушно согласился освободить узников. А почему нет? Живые они были для него куда полезнее, чем мертвые. Компромат собран в папочку, рейхсфюрер может прижать их к ногтю в любой миг. Спустя немного времени Дорнбергер был отстранен и Гиммлер официально получил полный контроль над ракетной программой. Практическое руководство он поручил Каммлеру.

— В Германии существует теперь три варианта выбора, – сообщил конструкторам Каммлер. – Быть расстрелянным СС, гнить в тюрьме СС или работать на СС.

И вот он сидит в кабинете Хубера, развалившись в кресле Хубера, положив на стол Хубера начищенные до блеска сапоги, и, как всегда громко, разговаривает по телефону. Адъютанты стоят рядом навытяжку, похожие в своих безупречных мундирах на лакеев.

— Да… Да… Так вы даете разрешение продолжать? – Он заметил Графа и небрежно поманил пальцем.

Хубер, Дрекслер, Бивак, Кляйн и Зайдель стояли на почтительном удалении и наблюдали за ним.

— Превосходно! – Он передал трубку адъютанту, чтобы тот положил ее на рычаг. – Доктор Граф? – Каммлер нахмурился и вскинул подбородок.

Граф вскинул руку:

— Хайль Гитлер!

— Не я должен ему напоминать, Хубер. Это закон. Позаботьтесь, чтобы ваши люди не забывали о правильном приветствии.

— Да, группенфюрер. – Хубер бросил на Графа испепеляющий взгляд.

Каммлер скинул ноги со стола, встал и подошел к столу для совещаний, на котором была разложена карта.

— Итак, господа. За минувшую ночь мы кое-что выяснили. Похоже, вражеская бомбардировочная авиация может получать сведения не от местного населения. – Он склонился над картой.

Офицеры вермахта осмелились быстро переглянуться у него за спиной. Зайдель поймал взгляд Графа.

— У нашего разведотдела остались кое-какие ресурсы в Бельгии, и один из агентов вышел вчера ночью на связь со своим куратором. Англичане привезли несколько новейших радарных установок и разместили их здесь, в Мехелене. – Палец группенфюрера несколько раз ткнулся в упомянутый город. – Кроме инженерных частей, группа женщин, – это слово прозвучало из его уст презрительно. – Она явно задействована для математических расчетов на основании получаемых от радаров данных. – Он обратился к Графу: – Технический вопрос для вас, доктор. Способен ли враг установить расположение наших стартовых площадок при помощи радара?