Книга Исповедь жертвы, страница 65 – Дебора Массон

— Похоже, ты не местная.

Ты покачала головой:

— Из Инвернесса. Я здесь учусь. Мне тут нравится, думаю, я останусь и после окончания учебы. Если найду работу.

— Уверен, Королевская больница Абердина будет рада тебя принять. – Я-то уж точно был бы. – А твои родители не расстроятся, если ты не вернешься домой?

Ты поерзала на стуле.

— Папа умер, когда я была еще совсем маленькой. А мама вышла замуж во второй раз, и у нее появилось еще двое детей. Мы с ней почти не общаемся.

Ты сказала это так, что обсуждать, будут ли по тебе скучать там, больше не требовалось. А потом провела указательным пальцем по кромке кружки с латте, будто бы стирая воспоминания.

Мы оба пережили потерю родителя, и у моего отца тоже была новая семья – тюрьма. Конечно, я не стал тебе этого рассказывать.

Осознавать, что ты не местная и вряд ли слышала о моей печальной истории, было приятно. Мое имя было официально изменено. Уэсли Харрис – Сын Мясника Харрис – был давно мертв, и вместо него появился Кейси Картер. Только что вышедший из-под опеки, поскольку мне исполнилось восемнадцать, и унаследовавший все доходы от продажи дома и мясной лавки моих родителей, а также выплаты по их страховым полисам. Это обеспечило мне комфортную жизнь. Отсутствие необходимости работать здесь. Но тебе не нужно было знать ничего из этого, да я и не хотел, чтобы ты узнала.

Я рассказал тебе только о приюте и что оба моих родителя умерли. Не то чтобы я хотел, чтобы ты меня жалела. Скорее я хотел, чтобы ты посчитала меня сильным. Увидела, что я могу выжить и добиться успеха в жизни, даже столкнувшись с трудностями. Что я – нечто большее, чем кофе и взбитое молоко.

— Значит, ты никогда не знал своих родителей?

Я медленно покачал головой и закусил изнанку щеки.

— Как печально.

И вот я стоял там, словно нелюбимый и закинутый в дальний угол плюшевый медвежонок. Ласковый малыш, жаждущий заботы. И да, это действительно было грустно и не являлось полной ложью.

Я верил, что знаю свою мать, но никогда и не думал, что она может трахаться с нашим соседом. Я верил, что знаю своего отца, но мне и в голову не могло прийти, что он способен на убийство. Я не разговаривал с ним с того дня, как обнаружил свою мать подвешенной на том крюке, и, конечно же, я больше ни разу не разговаривал с матерью. Кейси Картер в самом деле был сиротой.

Да и ты тоже. Совсем одна здесь, в Абердине. Мне хотелось приютить тебя. Сделать тебя своей.

Может быть, ты почувствовала, что я могу быть тебе как-то полезен, потому что указала на пустой стул рядом с собой.

— Тебе можно сидеть с посетителями? – Печаль в твоих глазах сменилась игривостью.

И тогда настала моя очередь рассмеяться. В моей голове стало так легко.

— Здесь нет никого, кто бы мог запретить мне. Хотя, прежде чем сделать это, я хотел бы знать, с кем сажусь. Ну знаешь, никогда не разговаривай с незнакомцами и все такое.

Ты улыбнулась и указала на свою грудь, туда, где висел бы твой бейдж, если бы он у тебя был.

— Бет.

Тебе очень подходило твое имя. Я сел и провел указательным пальцем по корешкам книг, сложенных стопкой на столе между нами.

— Я не хотел бы отрывать тебя от учебы, Бет.

Мне правда было приятно произносить твое имя.

Ты отхлебнула кофе и снова улыбнулась той самой улыбкой, от которой на твоих щеках появились ямочки.