Книга Повелитель гоблинов. Том 8, страница 10 – Евгений Лисицин, Андрей Мельник

Стол был заставлен едой и вином, четыре стула заняли члены божественного альянса, а пятый пустовал.

Дионис полулежал в кресле, покачивая кубком в такт новой земной песне, игравшей в его наушниках.

— Нет, ну, бит, конечно, лютый… — отложил он их, когда его толкнула в плечо Гера.

Его спутница казалась полной противоположностью. Максимально строгая, величественная и властная. Гермес устроился вполоборота. Один глаз он закрыл, а вторым бесцельно блуждал по залу. Хозяин этих чертогов знал, что тот параллельно ведёт деловую переписку и торгует чем-то. Он не мог не торговать и славился как бог, что может достать что угодно. За это его и ценили.

— Опаздывает, — бросила Гера взгляд на пустое место.

— Набивает цену. — Дионис отпил из кубка. — Я бы тоже так поступил, если бы четверо богов позвали меня, чтобы попросить об услуге.

— Ты бы пришёл раньше всех, выпил бы всё вино и к нашему приходу уже заснул, — заметил Гермес.

— И что в этом плохого? — ни на секунду не смутился Дионис.

Воздух у пятого кресла замерцал, и через секунду по залу разнёсся запах моря, водорослей и соли. В кресло рухнул высокий, широкоплечий бог, брат Аида. Он пригладил свою бороду, окидывая взглядом собравшихся и закуски на столе.

— Дядя Посейдон, рады видеть, — поднял кубок Дионис. — Выпьешь?

— Не на переговорах. У вас пятнадцать минут.

Дионис убрал кубок:

— Тогда не будем тратить время. Ты ведь знаешь, зачем мы тебя позвали.

— Знаю, — кивнул Посейдон. — И вы знаете, что у меня прямо сейчас лежит предложение от Зевса. Весьма щедрое предложение, с конкретными цифрами и гарантиями, которые даже я могу назвать приличными. Вам придётся постараться, чтобы его перебить. Особенно с учётом того, что Зевс — глава нашего пантеона. Турнир закончится, а её обида останется. Не мне вам напоминать о том, насколько мы, боги, и Зевс в частности, злопамятны.

Аид ухмыльнулся, показывая, что на злость Зевса ему плевать. Гермес открыл второй глаз, сосредотачиваясь на текущем собрании.

— Позволь мне, — произнесла Гера, кладя руку на плечо Диониса. — Посейдон. Ты упомянул обиду Зевса. Но забыл упомянуть об обиде всего нашего пантеона на нынешнего главу. Давай прямо скажем: результаты последних турниров… всех, где она являлась нашим главой, были, мягко говоря, не ахти. Количество обжитых нами миров ограничено, они стареют, иногда умирают. А новые не добавляются, как прежде… Каждый пригодный мир после великого перемирия и создания Системы отныне разыгрывается здесь, на турнирах, и победитель получает право заселить его своими верующими, построить храмы, укрепить свою силу. А ещё даёт к ним доступ своим союзникам. Мы все знаем, как это работает, но не имеем возможности пользоваться этими благами. На сколько миллиардов живых существ сократилась твоя паства за последний век? Когда в последний раз ты получил новый мир или право занять свою нишу в новом мире, а, Посейдон?

Посейдон промолчал, потому что это были риторические вопросы, ответы на которые имелись у всех богов их пантеона. Потому что они все были равны в этом… Они не получили ничего за последние сотни лет.

— Сколько турниров прошло? — Гера не отступала, продолжая давить на больное. — Сколько раз наш пантеон выходил на эту арену и возвращался с пустыми руками? Что получил наш пантеон за всё это время? Утешительные призы для участников: вино, жрецов, картины и прочий шлак, не имеющий реального значения.