Книга Исекайнутый, страница 107 – Андрей Мельник

Закончив разговор с богиней, я приказал Эрику не отсвечивать и держаться неподалёку от Аврелии, после чего догнал Люцианну. Та шла спокойно, чуть приподняв подбородок, будто произошедшие за последние несколько дней события были для неё обычной рутиной, не требующей особого внимания.

— И как же ваша славная компания собирается меня благодарить? — вдруг произнесла она, скосив на меня взгляд и криво усмехнувшись. — Цветы люблю, шоколад — обожаю. Но вкусный ужин в приятной компании, пожалуй, самый универсальный способ выразить признательность. — Склонив голову, добавила: — Особенно в компании интересного мужчины.

— Поесть я всегда рад, — кивнул я, — но всё же хотелось бы сначала выяснить, за что именно вас благодарить. Если не изменяет память, это мы прибыли в Калверию, чтобы получить награду за пойманного некроманта. Ну а то, что у него получилось сбежать — это уже не наша проблема. Или я что-то забыл?

— Ну как же! — всплеснула руками Люцианна, изображая оскорблённую невинность. — Я, между прочим, не выдала вашего чернокнижника! Даже поссорилась ради него с представителями Торговой гильдии. Ты должен был оценить такой… жест доброй воли.

Я ухмыльнулся. Приятно, когда тебя держат за наивного туриста, впервые выбравшегося за пределы своей провинциальной деревни. Прямо-таки умилительно. Но увы, я такие ситуации читаю на раз-два.

Мы свернули, заходя на второй этаж, и я отметил, что с каждым поворотом охрана становилась всё внушительнее. У дверей стояли по двое, иногда по трое стражников, и, судя по системным подсказкам, их уровни понемногу росли. Видимо, чем ближе к трону, тем выше шанс встретить по-настоящему серьёзного бойца.

— Люци, — негромко начал я, — давай без притворства. На улицах ты действовала исключительно в собственных интересах. Судя по реакции стражи и обычных жителей, вы с Рудгардом тут что-то вроде местных звёзд. А значит, дорожите репутацией. И если бы вы при всех отдали Эрика торговцам, даже несмотря на их официальную форму и угрозы, это выглядело бы как слабость. И ладно бы мы были одни, но за вами наблюдали десятки глаз и половина городской стражи.

Люцианна бросила на меня долгий взгляд и, чуть прищурившись, едва заметно усмехнулась:

— С каких это пор ваш чернокнижник стал «нашим человеком»?

— Ну так обычные жители этого не знают, — пожал я плечами. — Поэтому для всех Эрик является вашим человеком.

Она не возразила. Только чуть ускорила шаг, намекая, то разговор окончен. Но по тому, как дрогнули уголки её губ, я понял, что попал в точку.

Двери тронного зала распахнулись с глухим скрипом, и стража, шагнув в стороны, пропустила нас внутрь. Мы вошли неспешно. Старались сохранять спокойствие, но чувствовалась лёгкая напряжённость. Как будто нас пригласили не на аудиенцию, а на экзамен с непредсказуемым результатом. А нехорошее предчувствие всё усиливается…

Зал оказался высоким и просторным, с витиеватыми колоннами, поблескивающим мраморным полом и с несколькими внушительными гобеленами, изображающими герб баронства. Внутри пахло жареным мясом, духами и чем-то похожим на благовония.

На троне, больше напоминающем уложенный подушками шезлонг, сидел, развалившись, барон. Мягко говоря, мужчина был в теле. А если говорить честно, он выглядел так, словно решил лично доказать поговорку: в каждом из нас живёт по два человека.