Книга Академия магоубийц, страница 173 – Андрей Мельник

Шаг второй: повторите линию узоров защитных контуров в реверсивном порядке. Следуйте за моими подсказками.

Шаг третий: замкните контур и направьте его на один из двух источников и сосудов для хранения маны. Будьте осторожны в вашем выборе, мне не удалось установить нужный драгоценный камень, отвечающий за контур.

Шаг четвёртый — опустошите артефакт и извлеките из него фрагмент кости, являющийся идентификаторов кровного родства применяющего артефакт. Обратите внимание — в случае неполного опустошения артефакта с высокой долей вероятности активируются руны самоуничтожения и артефакт взорвётся.

Шаг пятый — Наложите на него рунную вязь «привязки» и поделитесь каплей крови. Артефакт не будет наследуемым в таком случае и не сохранит свою привязку к вашим последующим поколениям, но использовать его сможете лишь вы. Конечно, если только кто-то другой не взломает ваш артефакт.

Шаг шестой — Напитайте и активируйте руны защитного контура согласно моей инструкции. Этот этап, как и второй, является одним из наиболее сложных в искусстве взлома артефактов. Линии защитных узоров сложны и непрерывны, имеют сложную структуру и глубину залегания в артефакт. По моим прогнозам, лишь одни из сильнейших магов с идеальным контролем маны способны достичь необходимого уровня для работы с подобного рода артефактами.

Надеюсь, Пользователь ценит помощь Куратора и не забудет исполнить выданные им задачи*

Последние слова ИИ были какой-то торговлей. Я подтвердил, что согласен исполнить эти задачи, как только такая возможность появится.

Началась долгая и кропотливая работа, в ходе которой я лишился половины запасов маны. Но сработала моя чудесная особенность, и после направления замкнутого контура к более мутному камню высвободилась мана, питавшая защитный контур. Большую её часть я успел не только почувствовать, но и словить, втягивая в себя, словно пылесос, возвращая родные запасы до предельных значений.

Далее потребовалось опустошить артефакт, для чего мне пришлось повозиться с рисованием печатей, имитирующих активацию заклинания и блокирующий полное его применение, так как в этом случае пришлось бы подтверждать родство, которого у меня не было. Получается, если говорить анналогиями, мы с Куратором создали прокол в надутой шине и долго ждали, когда же вся мана выйдет из артефакта. Провозились до глубокой ночи, прежде чем приступить к следующей части нашего плана.

Оливия отправилась спать, и лишь нервничающий Гхугхи то и дело проходил мимо, заглядывая и отчитываясь. Несколько патрулей прошли мимо каменной клетки, и я спокойной сымитировал сон, в то время как щуплый Гхугхи ускользал от них по каменным ступеням, после чего вновь возвращался и продолжал нести свою вахту.

К пяти утра я наконец-то перешёл к последнему этапу. Вымотанный донельзя. И довольный донельзя. Мы сделали это!

Повесив на грудь уже перепривязанный артефакт, я закачал в него два десятка единиц маны и с удовлетворением посмотрел на то, как включается его защита и он исчезает на глазах удивлённого раба.

— Отлично, Гхугхи. Дальше действуем согласно плану. Просто живём, трудимся, не умираем. Я тренируюсь и, если что-то будет мне требоваться, я к тебе обращаюсь. Как только моя сила вырастет до нужного уровня, я тут же дам тебе знать и займусь твоим источником. У меня хромает контроль маны, и если поспешить — вместо лечения можно получить окончательное разрушение. Сам знаешь, к каким последствиям это приведёт. Поэтому — набирайся терпения и трудись. — напутствовал я его и поднялся, разминая затёкшее тело.