Книга Статус: Клинок Системы, страница 78 – Андрей Мельник

Архонт с тёмной бородой, так и не назвавшийся, но явно являющийся одним из старожилов совета, задумчиво барабанил пальцами по столу.

— По драконидам. Вы говорили об условном подчинении со взаимной защитой. Можно конкретнее? Такие вопросы не терпят недосказанности.

Я изложил то, что успел обдумать ещё в дороге. Дракониды захотят символического признания своего старшинства — это часть их культуры, ничего с этим не поделаешь. Но взамен они предложат свои гарантии и имя. Для нас этого более чем достаточно, чтобы сохранить фактическую независимость. Мы можем предложить им взамен защиту приграничья — Часовые могут напасть и на рубежи между Доменом и Дракорией, — договор о взаимной военной поддержке в случае внешнего вторжения. По сути, союз, просто оформленный в их традиционных терминах. Нам важно добиться, чтобы пункт о защите был чётким и конкретным, а не декларативным. Все эти мысли я членам совета и изложил.

— С орками предлагаю аналогичный подход, — добавил я. — Через турнир к договору. Условия о защите приграничных земель, признание торговых маршрутов, обмен пленными. Это реально. Дир думает о будущем, и это нам на руку.

— А потом? — подал голос ещё один член совета. — После договоров что? Сидеть и ждать?

— После договоров наводить порядок внутри. Дисциплина, реальная, а не декларативная на каждом клочке земли Домена. Потом медленное расширение. Приграничные конфликты с гарпиями и гоблинами — это наш шанс. Закрепление территории, расширение, постепенный рост. Таким образом мы и новым союзникам покажем свои реальные военные возможности. Гарпии, к слову, даже драконидов в своё время остановили.

Совет продолжался ещё добрый час. К концу Болдур взял слово, подвёл итог и объявил, что обсуждение деталей продолжится уже без нас. Он имел в виду технические вопросы, распределение ресурсов, выработка позиции к переговорам с драконидами.

Нас с отцом даже поблагодарили и постарались скрыть от нас недовольные взгляды. Когда пространство свернулось и артефакт погас, я почувствовал, как уходит напряжение, которое я даже не замечал до этого момента. Болдур поднялся, кивнул нам обоим и ушёл, не прощаясь: у него впереди ещё час с Архонтами без нашего участия.

Мы с отцом вышли в коридор. За высокими окнами уже темнело… Вечер пришёл незаметно, пока мы разбирали судьбу Домена.

— Неплохо, — произнёс отец. — Ты говорил правильно. А главное — ты говорил то, что думал.

В ожидании Болдура мы провели долгое время, и внезапно отец начал вспоминать прошлое…

— Ты рос без нас… — произнёс он тихо, — но стал тем сыном, о котором мечтает каждый отец. Хотя я практически не прилагал к этому руку…

— Нет, ты сделал многое… Я всегда знал, что ты где-то есть, что ты не кинул нас с мамой, а защищаешь. И я оказался прав. Одно плохо: мы живём в мире, где отцы и дети вынуждены терять друг друга из-за войн, из-за вторжений, из-за вещей, что за пределами понимания обычных людей. И я хочу, чтобы однажды это изменилось, — произнёс я.

— Это несбыточная мечта… — произнёс отец.

— Это мечта, ради которой стоит жить и пахать, проливая кровь, — ответил я ему.

Молчание снова затянулось.

— У тебя хороший отряд, — произнёс он после паузы. — Я наблюдал за ними всю дорогу. Они идут за тобой не из страха и не из расчёта. А из веры. Сподвижники, для которых не важна цена, не важно то, какие угрозы ждут вас на дороге странствий.