Книга Статус: В общем и целом – ученик, страница 90 – Андрей Мельник

Удар был такой силы, что дрогнули здания не только тюремного корпуса, но и всей цитадели Равновесия.

— Безумие… Я не понимаю, как он это делает, но он, видимо, хочет самоубиться и вызвать на наши головы гнев императора! — возмутился представитель администрации. — Немедленно прекратите этот балаган!

— Вот вы сами, ваше благородие, попробуйте подойти и прекратить. У меня две трети стражников в лазарете после спаррингов с ним.

— Вы ещё и спарринги с ним устраивали⁈ — возмутился имперец.

— Прошу прощения… Я немного не так выразился. Он устраивал. Мы просто пытались его остановить… Сказать, чтобы он так не делал.

— И что, он не слушал ваших приказов?

— Ни одного дня не было, чтобы он был послушным заключённым… Если мы убега… В смысле, запирались в карцере… То есть не позволяли ему проводить с нами спарринги, он вытаскивал заключённых и тащит их во двор, чтобы размяться. Обещал тысячу талантов тому, кто сможет его вырубить.

— Какой же бардак… Как вы можете так выполнять свои обязанности и охранять заключённых? Что, если они решат сбежать?

— Он не разрешает… Говорит, что у всех поступков есть последствия, и по вечерам проводит лекции о благочестии, благородстве, наказании и ответственности. Надо сказать, даже мы с удовольствием слушаем его. Собираемся вместе с заключёнными в актовом зале и… Так, прошу прощения, я отвлёкся, ваше благородие. Я прошу вас повлиять на участника турнира и вывести его в положенное место пребывания!

Представитель имперской канцелярии посмотрел на начальника тюрьмы в очередной раз и тяжело вздохнул. Он не хотел показывать слабость перед ним. Но ему тоже было страшно подходить к этому безумному человеку.

«На его дуэль послезавтра собирается прийти сам император. И, не дай Мираклея, с ним что-то случится… Полетят головы! Но с характером этого самовольного заключённого…»

— Послушайте, не увиливайте от своих обязанностей, — произнёс драконид начальнику тюрьмы. — Или вы боитесь его?

Взгляд имперца упал на зафиксированную в лечебном затвердевшем растворе руку.

— Это он сделал с вами? — нахмурился он.

— А? — опустил взгляд на сломанную конечность начальник тюрьмы. — Нет, что вы. Он старается до такого не доводить. Это моя любимая не в духе была…

— Гхм… — прокашлялся имперец в кулак. — Понятно. Ну так вот! Идите и скажите ему что-нибудь. Например, что к вам большое количество заключённых ведут, нужно освободить камеру! Вы и так пострадали. Судя по вашим рассказам, он вас не тронет.

— Это да… Но где мне взять столько заключённых?

— Думаете, он проверит?

— Я уверен в этом! У него за спиной всегда мудрая богиня, великолепная и прекрасная, умная и щедрая, добрая и ласковая, нежная и непревзойдённая…

— Она вас тоже била?

— Не совсем… Но… — перешёл на шёпот драконид: — Вот чёрт… Он идёт сюда. Сделайте вид, что мы незнакомы.

Человек с недовольным лицом медленно парил к ним. Он разминал плечо, словно ушиб его после падения. В остальном на его теле не было никаких изменений. Даже синяков и ссадин не нашлось.

— Хватит хвосты жевать. Чего хотите?

— Уважаемый Алекс Лисоглядов. Несмотря на то что ваша компания крайне нравится начальнику тюрьмы, я бы очень сильно хотел попросить вас о переезде в положенные для героев турнира апартаменты, — с улыбкой произнёс имперский представитель.