Книга Статус: Ученик, страница 36 – Андрей Мельник

Лес был полон жизни. Всюду встречались животные и насекомые. Многие из них обладали магическими задатками, сверкая на фоне коры деревьев серебристым и голубоватым светом. А полные рыбы реки бежали по камням и земле, омывая корни величественных деревьев. Некоторые корни служили мостами, и мы пересекали по ним воду.

Не везде вода была прозрачная. Кое-где реки скрывали свои тайны и несли в себе жёлтые пески. Но зачастую встречались и кристально чистые водоёмы. За ними ухаживали местные жители, не давая зарасти. В них, словно в зеркале, отражалась красота леса, а на дне можно было увидеть рыбу.

Мы пролетали над полянами, усеянными цветами всех цветов радуги. Такие красочные палитры мне мало где попадались. А про ароматы, что смешивались в воздухе, я и вовсе молчу. Я был пьяным без вина. Если у друида такое же обоняние, как у меня… Он же медведь, в конце концов.

Иногда мы пролетали мимо эльфийских селений — небольших поселений, встроенных прямо в деревья. Дома вплетались в кроны, мосты из лиан соединяли ветви разных деревьев.

Эльфы поднимали головы, глядя на нас с любопытством. Одни махали руками, другие застывали в недоумении.

Вечером первого дня мы остановились у большого озера с берегами, поросшими ивами. Вода была тёмно-синей, почти чёрной, но удивительно чистой. Эльфы разбили лагерь с потрясающей слаженностью: палатки выросли за считаные минуты, костёр запылал, еда начала готовиться.

Аэлорин подсел ко мне, когда я наблюдал за рыбами в воде.

— Тебе нравится наш лес? — спросил он через Тобиаса.

— Да. Он прекрасен. Я никогда не видел ничего подобного.

— Золотой лес Натимбора — один из старейших в этом мире. Ему больше десяти тысяч лет. Каждое дерево здесь помнит времена, когда эльфы только пришли в эти земли.

Я кивнул, впитывая информацию.

— А Тарн… — начал я осторожно, давая время Тобиасу перевести. — Он тоже помнит те времена?

— Нет. Тарн пришёл к нам триста лет назад. Но за это время он сделал для леса очень многое. Он воистину благодетель, спасший леса от скверны и расползающейся чумы. Без него мы бы погибли, не посмев бросить Натимбор. Потому что лес умер бы.

В голосе князя звучало глубокое уважение, к которому примешивалась лёгкая грусть. Было видно, что ему обсуждать Тарна со мной, не как с врагом, которого кинут ему на убой, не очень-то и приятно.

Мы немного поболтали и разбрелись по палаткам. В первую очередь потому, что наш переводчик был едва живым после столь длительного путешествия. Негативок нахватался за время в плену. Так ещё и экипировки нормальной нет, чтобы хоть немного компенсировать собственную слабость и поддерживать темп.

Тобиас не жаловался, нет. Но, когда его сознание отключалось из-за усталости прямо посреди перевода и я ловил его, чтобы он не свалился в костёр… Тут не нужно быть провидцем, чтобы понять, насколько он вымотался.

Второй день прошёл быстрее. Мы летели над холмами, покрытыми лесом, пересекали реки, огибали скалы. Тобиаса привязали к Крепышу, чтобы он не свалился. А для варга это была как игра, и он всеми силами пытался скинуть бедолагу. И никакие уговоры не помогали…

Эльфы на варгов старались не обращать внимания, но сделать это было сложно. Они всё время маячили перед глазами и заставляли ахать и охать встречных эльфов. Различные лесные патрули, стражи поселений, торговцы, просто гуляющие эльфы, ищущие вдохновения и общающиеся с лесом, встречались нам постоянно. У меня даже сложилось впечатление, что эльфы не работают, а лишь праздно существуют. Но всё же мы встретили и отряд рабочих, что собирали фрукты и несли дичь из той части леса, где была разрешена охота. Причём охота не простая, а в полном соответствии с эльфийскими традициями, с данью матери-земле и отцу-лесу, молитвами и прочими обрядами.