Книга Статус: Еще новичок, страница 41 – Андрей Мельник

Вскоре мы всё же дошли до нужной нам приёмной, за дверью которой раздавались голоса пятёрки стражей Маски. Дружный смех, слова благодарности, пожелания здравствовать и процветать звучали слишком… наигранно. Дверь открылась, и все пятеро вышли из приёмной, а нас проводили взглядами. Лёгкий кивок одного, приподнятая рука второго, пронзительный взгляд третьего… Всё понятно. С нами прощаются.

— Проходите… — поторопил нас сопровождающий, и мне пришлось подтолкнуть в спину Рафаэля, который едва ли не трястись начал перед дверью.

Ещё одна фобия у моего друга… То он крайне смелый, готовый идти против авторитетов и системы, то замирает камнем, когда, в общем-то, и причины никакой нет. Ну да, там его отец… Но не съест же он его. Чего трястись? К тому же они столько не виделись…

— Входи уже, храбрец, — с лёгкой ноткой пренебрежения произнёс зычный мужской голос по ту сторону двери, и Рафаэль на негнущихся ногах втащил своё тело внутрь. И сразу же прошёл через приёмную в кабинет оставшегося в одиночестве главы города.

— Здравствуй, отец, — дрожащим голосом произнёс Рафаэль и поклонился.

— Новичок Алексей приветствует Архонта города Замахан, — не забыл я инструкцию, рассказанную нам по пути сюда.

— Да-да, проходите, ребятки. Нам есть о чём поговорить. И втроём, и по отдельности, — произнёс мужчина лет сорока с классической испанской бородкой, ярко-красными одеждами, которые были ему, как сказали бы сплетницы у меня на работе, оверсайз.

В голове моментально проскочила догадка: за ними скрываются артефакты. Их много, и они наверняка могущественные. И он скрывает их от любопытных глаз, чтобы никто не мог определить его сильные и слабые стороны. Достойный ход. Я и сам размышлял о том же на пути в Замахан.

Что ещё выделяло этого Архонта, так это аура вокруг него. Аура какой-то недоступности, запрета. Казалось, что, если я подойду к нему чуть ближе, мне станет невозможно дышать. Интуиция ли это так сработала или нет, я не знаю, но стоило мне подойти чуть ближе к Архонту после его приглашения присесть на стулья, как у меня резко участился пульс и на шее появилось ощущение, будто затянули удавку. И судя по виду Рафаэля, с ним происходит то же самое. Ему даже хуже было.

Несколько мгновений позволили сделать немало выводов… На стене огромный детальный портрет кисти неизвестного мне художника. На ней изображён в святом образе владелец этого кабинета. А он, насколько я помню слова Декарта, работорговец, эксплуататор и убийца… Если вспомнить короткий рассказ Рафаэля, то к этому стоит ещё добавить умелые организаторские способности, интерес к религиям этого мира, очевидный талант торговца и впечатляющие любого способности к убеждению, благодаря чему он и обзавёлся на заре своей карьеры поддержкой многих серьёзных ребят, а впоследствии сумел побороться за титул Архонта Замахана.

Да, Миравид не всегда был здесь властной шишкой. Город намного старше отца Рафаэля. И когда освободилась должность, он обскакал множество других претендентов. В общем, недооценивать этого человека — не просто ошибка, а смертельная ошибка.

Стол у него был длинным, вытянутым к центру кабинета. И мы сидели на дальнем от Архонта краю. Думаю, это неспроста. Сядь мы поближе — ощущения были бы ещё хуже.