Онлайн книга «Грехи и молитвы»
|
«Томас». Шепот повторился, и священник поморщился. Голос был ему смутно знаком. Это был кто-то, кого Томас знал давно, кто всегда был рядом… Но он не мог вспомнить его. Последнее, что Томас помнил: всполохи огня, пляшущие по стенам гостиного двора. А еще лицо — маленькое, белое лицо ребенка в окне. И после этого — ничего. После этого пришла черная вода. Как ни странно, Томас совсем не испугался того, что пришел в себя в воде. У него было странное чувство, что так нужно, что именно здесь — его место. У него было чувство, что он, наконец, пришел домой. Изредка из воды проступали лица. Они оборачивались вслед за ним, точно силясь что-то ему сказать. Но Томас никогда не успевал повернуться к ним, чтобы рассмотреть, кому они принадлежали. На какой-то миг ему показалось, что он увидел лицо матери, но черная вода тут же проглотила его, и Томасу снова стало все равно. «Томас». Шепот слышался все тише и тише по мере того, как Томас опускался на дно. Пусть незнакомец продолжает звать его. Скоро Томас перестанет его слышать. * * * Дарио резко проснулся и увидел, что Томас сидит прямо перед ним с ничего не выражающим лицом и молча пялится на него. Мужчина тихо выругался себе под нос и рывком сел, потирая глаза. — А нельзя было просто потрясти меня за плечо? — пробормотал он и потянулся за сумкой. Достав оттуда флягу, Дарио жадно сделал глоток. — Я собирался, — Томас разомкнул губы. — Но это не понадобилось. Дарио покачал головой и ответил: — Твоя очередь спать. Точнее, очередь Томаса. Я сейчас… — Постой. В интонации Астарота прозвучали повелительные нотки, от которых по спине мужчины пробежали мурашки. — Мы не можем позволить Томасу спать. Если он уснет, больше не проснется. Я пробовал звать его, и он не слышит меня. Точнее, слышит, но предпочитает не слушать. Ты понимаешь, что я имею в виду? — Думаю, да, — Дарио кивнул. — И что ты предлагаешь? — Я предлагаю вселить в тебя душу Уильяма Эккера. На миг, Дарио остолбенел. Позволить чужой душе завладеть его телом? Пусть даже душе отца Томаса? — Постой… Это же… — Это единственное существо, кроме, пожалуй, его матери, к кому Томас может прислушаться. А так как папаша Эккер сейчас прохлаждается в Аду, я знаю, как его оттуда достать. От тебя потребуется провести со мной несложный ритуал и смирно посидеть, пока отец и сын наслаждаются семейной встречей. Дарио сглотнул. Он был истинным верующим, и эта идея казалась ему нелепой, безумной… «Спасительной», шепнуло подсознание. Спасительной, да. Пока он терзался сомнениями, несчастный Томас все больше погружался в тьму собственного рассудка. И, чем больше Дарио медлил, тем меньше оставалось шансов помочь ему… — Я согласен, — в горле Дарио пересохло, и голос звучал непривычно ломко. — Говори, что нужно делать. — Чудно, — уголки губ Томаса чуть искривились. — Признаться, мне не терпится взглянуть на эту встречу. Спустя час, когда Дарио подготовил костер, начертил на земле необходимые знаки и раздобыл в лесу пучок трав, которые Астарот велел ему собрать, все было готово. Томас сидел перед огнем совершенно неподвижно, его руки покоились на коленях, а спина была прямой. Казалось, что перед Дарио высеченная из камня статуя, настолько белым и неподвижным было лицо молодого человека. |