Книга Грехи и молитвы, страница 45 – Ира Малинник

Она вдруг несмело поцеловала его в щеку — легким, невинным поцелуем, точно щеки Карла коснулось крыло бабочки. Он поднес пальцы к щеке, а девушка уже исчезла среди деревьев, точно ее никогда не было.

Карл покачал головой, осмысливая происходящее. Что такого ужасного могло произойти в крохотной безымянной деревне, что люди мало того, что утратили веру, но еще и возненавидели священников? И почему девушка назначила ему встречу после полуночи, а не рассказала все прямо на месте?

Мужчина извлек голубка из-за пазухи и привычно погладил пальцами гладкие бока фигурки. Белый голубок нес безмятежность и покой, и Карл вдруг ощутил себя мальчиком, который отчаянно жаждет какого-то чуда. С самого начала своего пути, его не покидало ощущение, что над ним нависла грозовая туча, и он не понимал, как ее разогнать.

«Может быть, ночью я получу хотя бы часть ответов», подумал он, устраиваясь поудобнее на траве. Впереди было еще много времени, и Карл мог позволить себе вздремнуть. Он не надеялся на крепкий сон, но, неожиданно для себя, моментально уснул, едва закрыв глаза.

Священника разбудил бой колоколов, доносящийся из той самой часовни. Карл тотчас вскочил, отчаянно моргая и озираясь по сторонам. Вокруг была темнота — колокола возвестили о том, что наступила полночь.

Карл торопливо поднялся, разыскал лошадь, которая мирно паслась неподалеку, и, потрепав животное по шее, забрался в седло. Лошадь нехотя потрусила по дороге, а Карл с волнением думал о том, придет ли девушка к часовне или не сдержит своего обещания.

Спустя время, увидев неподалеку от часовни знакомую фигурку, Карл с облегчением выдохнул: она все же пришла. Мужчина спешился с лошади, но что-то словно толкнуло его в грудь, призывая остановиться. Он застыл, силясь понять, откуда взялось это странное чувство, а потом понял: это была тревога.

Девушка стояла прямо у входа в часовню и видела, как Карл подъезжал, но не сделала ни шага навстречу. Он отчетливо видел ее лицо в темноте: размытое белое пятно, черты лица которого были искажены… ужасом?

То самое чутье, которое заставило Карла остановиться, теперь толкнуло его вперед. «Ты присмотрелся», сказало его нутро, «и теперь ты знаешь, что тебе нужно опасаться. Иди к ней, но будь наготове. Оно ждет тебя».

Карл не понимал, что ждет его, но послушно сделал шаг вперед ставшими удивительно деревянными ногами. Его лошадь, которую он оставил позади, тонко, тревожно заржала. Девушка же не издала ни звука, все так же сверля Карла пустыми глазами.

Только когда мужчина подошел к ней почти вплотную, она тихонько всхлипнула — но не более. Тут Карл разглядел, что из-за ее спины выглядывала маленькая фигурка.

Ребенок сделал шаг в сторону, и Карл увидел перед собой мальчика лет шести. В руках мальчик сжимал большой мясницкий нож, который бы смотрелся гротескно и нелепо, не виднейся на его лезвии крохотная капелька крови. Карл поразился тому, что сумел ее рассмотреть: казалось, слабо струящийся свет луны специально осветил ему эту деталь, будто бы намекая на что-то важное.

— Ты вовремя, Карл Марино, — звонкий голос ребенка разбил густую тишину и эхом отразился и от часовенки, и от деревьев неподалеку — Похвальная пунктуальность.

На слове «пунктуальность» мальчик чуть запнулся — его язык не справлялся с таким сложным словом, хотя он прекрасно осознавал, что произносил.