Книга Бес лести предан, страница 79 – Элиот Лилит

— Он мне нужен к восшествию на престол. Показалось тебе сегодня, что ее величество в дурном здравии?

— Нет, ваше высочество.

— Вот и мне нет. Так что время у тебя будет. Ты свободен.

Александр ждал его в проходной.

— Ну что? Собираемся на виселицу, или пронесло?

— Да полно вам шутить… – Алексей еще не до конца пришел в себя. – Никакой виселицы, меня отправили навестить родных, и все.

Александр просиял.

— Ну слава богу! Ты рад, что едешь домой?

— Я иду собираться.

— Это значит «да, очень рад»?

— Да, ваше высочество.

Александр рассмеялся.

— Я же говорил тебе бросить это «высочество». Прибереги для церемоний и Зимнего дворца. Так что, ты рад, но и теперь не улыбнешься?

Алексей едва не застонал. Как у Александра выходит сочетать в себе безбашенного храбреца, придворного лицедея и несносного мальчишку?

Алексей повернулся к нему и растянул губы так, что щеки затрещали.

— Довольны?

— О господи, – Александр спрятал лицо в ладонях. – Тебе… Тебе, пожалуй, еще нужно потренироваться.

— Дома потренируюсь, – обещание, которое Алексей и не думал выполнять, слетело с губ так легко, что он испугался. Что же, сам теперь занимается пустой болтовней?

— Ну смотри же, я проверю, как вернешься! – Александр проводил его до самых дверей. – Доброй дороги. Я тебя буду ждать с нетерпением.

И, поразив Алексея еще больше, шагнул вперед и по-свойски обнял его. Алексей окаменел, не зная, куда девать несуразно длинные неловкие руки. Родичи всегда обнимали его на прощание, но то родичи…

А Александр уже со смехом отступил.

— Я погляжу, тебя во всем тренировать надо, – шальная улыбка скользнула по его губам. – Ну да для того друзья и нужны. До свидания, Алексей Андреевич. Надеюсь, скоро свидимся.

Алексей еще минуту оглушенно таращился ему вслед.

«Для того друзья и нужны».

Друзья. Ну не может он в самом деле… Или может?

«Вы знаете-то друг друга два дня!» – мысленно прикрикнул на себя Алексей. Сердито зашагал навстречу холодному ветру. И все-таки – руки дрожали.

Впервые с тех пор, как ночь заговорила с ним, Алексей не чувствовал себя таким беспробудно одиноким.

Алексей давно не был дома. Родители иногда навещали их с братом в Петербурге, но сам он всегда был слишком занят по службе. И как же странно снова оказаться в родных местах. Мирный пейзаж: горы, голубое озеро, реющие в небе птицы… Все прежнее, а он – другой. В старой спальне теперь тесно, обеденный стол, под который лазал мальчишкой, – ошметок дерева на низеньких ножках, и даже тернистые кусты, под которыми впервые увидел бесов, нынче едва дотягивались ему до бедра. Обнимаясь с матерью, Алексей теперь клал подбородок ей на макушку, а ведь она вовсе не мала ростом. Вырос он. Вырос из дома, как из детской одежды. Вырос из родного имения, как вырастают из старых башмаков.

И заняться нечем, даже от работы по дому мать отталкивала:

— Приехал отдыхать – так отдыхай. Вид у тебя болезненный.

— Да у меня всегда такой вид, – оправдался он, но она слышать ничего не желала.

Отец, совершенно седой, с обвисшими щеками и подбородком, только слушал их перепалки. Да все жаловался: чего же раньше не приезжал?

— Мы тут скоро лицо твое забудем! Совсем не жалеешь старика отца… А помнишь, как мы чуть с голоду не померли в Петербурге? Аль забыл уже все?