Книга Куклолов, страница 86 – Дарина Стрельченко

Олег ещё раз кивнул, сосредоточенно подбирая хлебом остатки свёклы в пластмассовой миске.

— В общем, пригласил тебя к ним. Не на постоянной основе, – быстро добавил Коршанский. – На раз. Посмотреть. Приглядеться. Не на спектакль даже, а так, на прогон.

— Они тоже «Мельницу» ставят? – чувствуя, как зверь внутри вновь поднял уши, уточнил Олег. Голос, как он ни старался, прозвучал высоко, слегка вибрируя.

— Да. Вот ведь какое совпадение.

— Вот и не верь в судьбу.

— Ну-ну! Я ему сказал, что ты вообще неуговариваемый и ни в какую. Но обещал с тобой перетереть. В общем, цену тебе набил. Так что можешь и за прогон просить хорошую денежку.

— Как же они хорошую денежку проведут по бухгалтерии, если зовут меня на посмотреть только?

— Это уж их проблемы, – отмахнулся Коршанский. – Ты мне скажи, сам-то согласен?

— Кеш… А тебе какая с этого выгода?

Иннокентий склонил голову к плечу, хитро изогнул губы.

— А такая. Сморчок, если дело выгорит, даст мне контакт одной прекрасной престарелой барышни, которая заведует их костюмерной… А также архивом и отделом списанного реквизита. Там уж никто ничего не блюдёт, а меня только туда пусти – уж я разгуляюсь.

Вспомнив, из какого драгоценного барахла состоял их собственный реквизит, Олег усмехнулся. Внутри всё острей нарастала нервная лёгкость; да, с первого взгляда это казалось просто случайной, потенциально удачной подработкой. Но зверь чутко поводил носом и нетерпеливо урчал, подгоняя бежать в «СтандАрт»-«Рябинку» прямо сейчас. Значит, там что-то есть… что-то можно узнать в тех чужих стенах…

— Я согласен.

Коршанский хлопнул его по спине, поболтал в стакане остатками кофе и велел:

— Тогда дожёвывай и на репку. А я позвоню Сморчку Иванычу, и он сам тебя найдёт. Ты чего? Подавился? Воды?

— Нормально… всё… кх… нормально…

«Он сам тебя найдёт». Эта фраза заставила передёрнуться.

Бред какой.

Олег вдохнул, выдохнул через рот и встал.

— Айда на репку.

* * *

«Рябинка». Идиотское название», – думал Олег, взбираясь по бесконечной грохочущей лестнице чёрного хода. Парадный оказался закрыт: сегодня никаких спектаклей не было, на дверях подновляли краску, и нацарапанное от руки объявление посылало сотрудников театра почти что лесом – неприметной тропинкой, ведущей к заднему входу.

Похоже, это вообще была здешняя фишка: диковатость и даже дикость. Разросшиеся кусты сирени, плотно укрывавшие театр; подъездная дорожка, упакованная в разномастные, засыпанные опилками клумбы; качающиеся на ветру цветные фонари… Поддувало неслабо, и желтоватый, малиновый, сиренево-синий свет пятнами плясал по сугробам, мазал по лицу и украшенному лепниной крыльцу.

— Фантасмагория.

— Именно. Олег?

Он вздрогнул, но это оказался всего лишь мужчина, слившийся с тенью стены. В закутке у чёрного крыльца мелькнул огонёк, и Олег пошёл туда – на голос и светлячок сигареты.

— Добрый вечер.

— Добрый.

Приблизившись к массивным, заляпанным краской дверям, Олег наконец разглядел встречавшего. Высокий, с заметными залысинами, в овальных очках и спортивном костюме. Ещё бы свисток на шею – и будет вылитый физрук.

— Заходи, раз пришёл.

Олег пожал плечами и независимо нырнул в холл следом за физруком. Конечно, он ждал совсем другого приёма; раз уж его персонально пригласили – могли бы поздороваться и подушевней. Но…