Книга Не бойся меня, страница 108 – Дарина Стрельченко

Подчиниться и покориться. Это выглядит так соблазнительно. Так просто. Это будет… прекрасно, когда ты поймешь это, когда ты сделаешь это наконец. Совсем-совсем скоро. Ты сама чувствуешь, что дышишь так часто – от адреналина и ожидания.

Справа от меня чернеет река, глотающая огни и людей. Слева сверкают вывески и афиши. Новый театр. Стендап. Пекарня. Барбершоп, блины и кофе навынос. Я оставил тебе достаточно еды, хоть и не собираюсь задерживаться. Мне только нужно охладить голову, как следует успокоиться. Все идет по плану. Я расстелил тебе розовую ленту, шелковую дорожку, и ты бежала ровно по ней всю дорогу до самого конца – совершенно предсказуемая. Подавленные желания, страх быть осужденной, боязнь, что скажет мама… То, о чем ты периодически думаешь, вызывает социальное неодобрение, – хотя так много людей думают о том же, засыпая. Ты носила белое пальто всю жизнь, и потому как только появилась возможность его сбросить – ты сделала это, почти не медля. Ты начала читать мои письма. Ты побежала по ленточке, с горящими щеками, со смутными мыслями. Со щекоткой в груди.

Да?

Зуд в деснах.

За плеском воды я почти слышу, как ты выговариваешь с трудом:

— Ты не можешь меня контролировать.

— Неужели? – Я улыбаюсь. – Давай проверим.

Я беру кофе в одной из бесконечных кофеен. Холодный кофе с мятой. Я не совсем понимаю, почему выбрал и как заказал именно его. Отпиваю. Ледяной взрыв во рту, мята щекочет гортань и небо.

— Скажи мне, что тебе положить. Наклонись над тарелкой и ешь.

О, как ты смотрела на меня в тот момент. Злоба и отчаяние. И ожидание. И предвкушение – на самом донышке искрящегося взгляда. Да?

Я думаю об этом очень медленно, заставляю себя сдерживаться, не желаю перегореть сейчас. Я чувствую твой взгляд сквозь разделяющие нас километры Питера: ты смотришь на меня так, будто знаешь, что я – твой хозяин.

Еще один глоток кофе – пронзительно-мятный.

Так и есть, моя девочка.

Огни кругом все слабее, музыка – глуше. Я словно погружаюсь в черную воду, под хрупкий последний лед. Мир остается далеко вверху, сияя. На дне меня ждешь ты. Или – пока еще не на дне. Ты тоже все еще погружаешься – пока. Я даю тебе время сделать это, опуститься до мягкого сырого песка, медленно лечь. Для этого я сейчас здесь – а не на Рыбацком с тобой. Но скоро я приду к тебе, Са-ша. Я представляю, как ты спишь на дне. Вокруг проплывают рыбы. Волосы закрывают твое лицо, колышутся, густые и длинные. Голое тело оплетают водоросли.

С кофе я словно глотнул ментола; сердце дернулось и опустилось. Я перестал дышать на несколько секунд, пока в горле свистело ментоловым холодом.

Ты лежишь на речном дне… Или нет? Или – кое-что другое? Ты лежишь на бетонном полу, я знаю, что ты чувствуешь страх – но и что-то еще. Ты стараешься не показывать его, но я скрывать своей власти не собираюсь…

Я иду мимо зданий, окруженных строительными лесами. Мимо освещенных окон и заколоченных входов. На крыльце сидят нищие с бумажными стаканчиками с мелочью. Может быть, это фальшивые нищие. Может быть, мне пора возвращаться. Ветер крепчает, жизнь не торопясь замирает к ночи. Я начинаю мерзнуть и сворачиваю на все более глухие улицы, дальше и дальше от света, глубже и глубже погружаясь на дно. Я уверен, ты уже прочла мои неотправленные письма. Я уверен, ты готова перестать бороться. Перестать испытывать стыд и вину перед тем, что ты думаешь, чувствуешь и хочешь.