Книга Край неба, страница 186 – Марк Дж. Грегсон

У нее отвисает челюсть.

— Давай к острову! – приказываю, обернувшись к Элдону. – Быстрее!

Мы проносимся мимо лодочки, что мерцает в ночи звездой. В ней кто-то спит. Видимо, человек дяди, присматривает за Эллой и готовится забрать ее, когда она себя проявит.

Наконец я спускаюсь по веревочной лестнице, спрыгиваю на раскисшую землю темных джунглей.

Команда следит сверху. Некоторые просились со мной, но рисковать ими я не могу. Только не ради глупых обрядов посвящения Урвинов. С собой я прихватил трость и автомушкет.

Это мой путь.

И вот я отправляюсь на поиски.

Сердце бешено колотится при виде окутанных мраком зарослей. Отмахиваясь от москитов, пробираясь через подлесок, я сознаю, что совершено забыл, как здесь шумно: перекрикиваются животные, жужжат насекомые, раскачиваются на ветру ветки.

Единственный источник света – белый кристалл под стволом автомушкета.

Под пологом деревьев тьма обволакивает меня, словно живая. Она здесь повсюду. У меня встают дыбом волосы на шее от постоянного страха, что в любой миг из-за дерева покажется пара золотых глаз или вырвется громоподобный рык из могучей груди провлона.

Если день принадлежит людям, то ночь – это его пора.

Света кристалла хватает, чтобы не запнуться о какой-нибудь камень, но я слежу только за чащей и глаз не опущу, сколько бы ни отвлекали прочие чувства. Не позволю ослабить мою бдительность, ведь нечто на этом острове заново вселяет в меня ощущение беззащитности, переносит обратно в детство. Я вернулся в сердце кошмарного и безжалостного места, в котором когда-то утратил детскую наивность.

Внезапно в сознание врезается образ растерзанной Эллы. Он такой реальный, что даже от воображаемых криков сестренки у меня по спине пробегает холод.

Срываюсь на бег и не останавливаюсь, пока под ногами у меня не начинает чавкать. По земле тянутся длинные влажные полосы.

Следы крови.

Чувствуя, как холодеет в груди, я вскидываю мушкет с кристаллом, оглядываю кусты и деревья вокруг. Неподалеку на сломанных ветках висит клок волос, словно обозначая место яростной драки.

Меня начинает тошнить.

Я иду по следу – по земле явно кого-то тащили, – протиснувшись меж двух деревьев. Скользкими от пота руками сжимаю мушкет. Испарина градом стекает по лбу.

Элла не мертва, просто не могла тут погибнуть. Я же обещал, что буду защищать ее от всякой беды! Однако, забравшись на гребень и глянув за его край, замечаю за неровными камнями какое-то золотистое свечение. Огонь? Уловив запах дыма, чувствую проблеск надежды. Да, это костер!

Спускаюсь с холма и, отодвинув в сторону ветку, правда вижу стоянку.

Под навесом из веток устроена лежанка: листья да палки. Земля у костра расчищена от мусора. На пальмовом листе разложен ровный ряд инструментов, смастеренных из заостренных камней.

У огня сидит фигура, юная девушка: босая, с окровавленными руками, подбородок у нее вымазан в жире. Волосы – кудрявые, белокурые, а глаза – темно-зеленые. Расколов о булыжник кость, она высасывает из нее мягкий мозг.

Рядом с дерева свисает серебристая туша.

Я после схватки с провлоном был изнурен, но у этой девушки щеки не ввалились и глаза не запали. Да и кожа у нее не покрыта коркой запекшейся грязи. Она обустроилась в джунглях так, как у меня не вышло.

Я не заметил веточку под ногами, и она с хрустом ломается. Элла тут же вскидывает голову и инстинктивно берется за один из острых камней. Судя по взгляду, она сейчас швырнет мне его в голову. Дядин яд пропитал ее до самого нутра. Превратил в хищницу.