Книга Десять погребальных нот, страница 24 – Ирина Голунцова

Не успев обдумать, как лучше поступить, Хань И увидела, как впереди из тумана выпрыгнуло огромное животное, схватило мощными челюстями человека и утащило его в туман. По очертаниям оно напоминало пса, однако разбираться было некогда: Хань И бросилась прочь с тропы и укрылась за большим деревом.

Наблюдая, как многие люди разбежались кто куда, Хань И с трудом боролась с паникой. Сердце билось в груди, словно дикая птица, которой не суждено выбраться из клетки, а ей – из этого леса. Туман стал для неё ловушкой, и только дорога указывала путь. Но куда? К верной смерти или спасению?

К несчастью, тропа оставалась единственным ориентиром, и если Хань Цзишэ тоже оказался здесь, он наверняка будет следовать по этому пути. Он, конечно, тот ещё любитель приключений, но в здравомыслии ему не откажешь. Единственный способ воссоединиться – встретиться в конце пути. Поэтому, мысленно попросив удачи у предполагаемых божеств, Хань И на полусогнутых ногах принялась перебегать от дерева к дереву, стараясь не выпускать из виду тропу.

Земля под ногами неприятно пружинила, будто она шла по болоту. Чем больше Хань И двигалась, тем сильнее ей становилось не по себе. Постоянно казалось, что неизвестный монстр, мелькавший то тут, то там, чувствовал её присутствие. К тому же альпинистская обувь делала ноги тяжёлыми и замедляла шаг.

Слева послышался надрывный хрип, от которого волосы вставали дыбом. Прильнув к дереву, сухая кора которого неприятно впивалась в предплечье острыми зазубринами, Хань И украдкой выглянула из-за укрытия. В тумане от дерева к дереву перебегали люди, они также старались пригибаться и прятаться, но их выдавали шумное дыхание и всхлипы.

На тропе тоже было полно народу: кто-то бежал, кто-то полз, а кто-то, съёжившись, застыл на месте, – Хань И едва различала чужие силуэты.

Громкий рык разорвал напряжённую тишину, раздался топот мощных лап, хруст ломающейся древесины и женский крик. Хань И увидела движение, как над деревьями, где туман был не таким густым, полетели ветви. Нечто охотилось довольно близко, и Хань И не удержалась: сорвалась с места и побежала вдоль дороги так быстро, что из-под пяток летели комья земли. Рюкзак неудобно прыгал за спиной, не давая развить нужную скорость.

Услышав тяжёлый приближающийся топот, она попыталась остановиться, но из-за резкого торможения поскользнулась на гнилой листве. Не обращая внимания на боль в ушибленных коленях, она подползла к широкому стволу и затаилась, пока тяжёлое дыхание разрывало грудь. Приготовив ледоруб для удара в замахе, Хань И внимательно слушала, как нечто охотилось на людей, и по мере его приближения огибала ствол, стараясь быть вне поля видимости.

Зверь промчался так близко, что от его тяжёлых шагов задрожала земля под ногами. Мохнатый чёрный пёс высотой не меньше чжана пронёсся беспощадной смертью, оставляя за собой шлейф из запаха гнили, крови и сырости. Как только он скрылся в тумане, Хань И позволила себе перевести дух. Не передать словами, сколь сильное облегчение она испытала.

Поднявшись с колен и присмотревшись к серому густому туману, откуда стали доноситься вопли, Хань И вновь почувствовала странность, выбивавшуюся из общей картины. Туман, зверь, люди… люди. На дороге всё ещё оставались люди, но почему-то пёс их не тронул, а побежал за теми, кто сновал среди мёртвых деревьев.