Книга Академия Арканов, страница 150 – Элис Кова

— Помимо всего прочего. – Наконец наши взгляды встречаются, и у меня перехватывает дыхание.

— А для чего еще? – с трудом выговариваю я.

— Ради твоей карты.

— Да, точно… – Но почему мне кажется, что за этим кроется нечто большее? И это лишь усугубляется тем, что я все еще чувствую его запах, оставшийся после того, как он нес меня на руках. Я пытаюсь сосредоточиться на чем угодно, только не на нем и не на себе. – Кстати, у меня вроде как получилось использовать Старший Аркан.

Кэйлис садится прямее.

— Правда?

— Я так думаю. – Говорить о картах проще, поэтому я прячусь за этой темой. – Когда дралась с Изой, использовала свою кровь, чтобы нарисовать карту. – Я замолкаю, когда до меня вдруг доходит. – Вот оно. Я всегда могла рисовать Младшие Арканы чем угодно, лишь добавив в чернила немного крови – частичку себя, как сказала бы мама. Похоже, для Старшего Аркана требуется то же самое. Или она должна быть полностью нарисована моей кровью.

— Будем надеяться, что все же не полностью, – мрачно произносит Кэйлис. Хотя, учитывая, чем жертвуют другие Старшие, такая цена кажется незначительной.

Прежде чем один из нас успевает сказать что-то еще, дверь, за которой ранее исчезал Кэйлис, отворяется и входит Рейвина с серебряным блюдом.

Кэйлис так быстро убирает руки, что если бы на моей коже не осталось тепло от его прикосновений, то я бы усомнилась, дотрагивался ли он до меня вообще.

— Спасибо, Рейвина. – Он шагает навстречу горничной и забирает у нее блюдо.

— Всегда пожалуйста. – Рейвина почтительно склоняет голову и переводит на меня взгляд. – Святые арканы, сэр, вы не говорили, что ей понадобится чистая одежда.

— Обойдусь, – возражаю я.

Но Кэйлис перебивает меня:

— Разумеется, это прискорбная и постыдная оплошность с моей стороны. Вы не могли бы исправить ее?

— Уже бегу. – Рейвина быстро извиняется и уходит тем же путем, каким пришла.

— Я же сказала, что обойдусь.

Кэйлис ставит блюдо на стол, достаточно далеко от миски с кровавой водой, чтобы она не расплескалась.

— А я сказал, что не допущу, чтобы моя невеста выглядела жалко.

— А я сказала, что тебе пора забыть об игре в «помолвку». – И добавляю: – По крайней мере, мы можем не притворяться, когда остаемся наедине.

— Для нас обоих безопаснее этого не делать. – Он наклоняется и, взяв с блюда виноградину, отправляет ее в рот. – Мы же не хотим почувствовать себя настолько некомфортно наедине, что потом совершим ошибку публично.

— Полагаю, ты прав… – Особенно в том, что касается «комфорта». Я накладываю себе немного еды, лишь бы не ляпнуть чего-нибудь еще.

В этот раз Рейвина появляется еще быстрее. Возможно, она ожидала, что Кэйлис допустит подобную оплошность.

— Милорд, леди. – Она склоняет голову перед нами и кладет одежду на ближайший стул.

— Спасибо, – говорю я ей вслед. Мое внимание приковывает одежда. – У тебя что, везде валяется одежда моего размера?

— Когда дело доходит до уборки кладовых и гардероба в моих покоях, я не подвергаю методы Рейвины сомнению. Кстати, об этом… – Он встает и направляется к своему кабинету. – Оставлю тебя, чтобы ты могла переодеться. Постучи, когда закончишь.

Он уходит, не давая мне вставить и слова. Я неохотно поднимаюсь и начинаю играть в гляделки с дверью. Я одна, но мне почему-то кажется, словно на меня смотрит весь мир, словно на меня смотрит он, но я все равно тянусь к подолу рубашки и стягиваю ее через голову. Все тело ноет из-за фантомных болей.