Книга Законы рода. Книги 1–4, страница 180 – Андрей Мельник

Хомяк тут же вытянулся по стойке смирно и, прищурив глаза, начал выискивать опасности вокруг. Вот она – мотивация!

Отправил Фому на разведку в подсказанное артефактом место, он очень скоро вернулся и сообщил, что «постройка» выглядит надёжным укрытием и рядом нет врагов. Ещё инструментов много: кастрюли, сковородки и прочее. Значит, стоянка ликвидаторов. Уж они-то умеют жить с комфортом даже в таких условиях. Туда мы и направились…

— Ох… матра-а-ас… – с ходу плюхнулась на кровать принцесска, как только чернобровый осмотрел лагерь, сделанный и спрятанный от посторонних глаз стандартными для ликвидаторов методами.

— Елизавета! Он же гря-я-язный! – тут же принялась стягивать с него свою подругу княжна лишь для того, чтобы самой вскоре оказаться на нём.

Да, быстро девушки пообвыклись и стали ценить минимальный комфорт.

Порошка-отпугивателя уже давно не было, но всё ещё работал иллюзорный барьер из пары артефактов. Удивительно, что хомяк нашёл это место. Впрочем, я сказал ему искать в этом районе, так что Фома мог случайно зайти сюда.

Небольшой беспорядок, оставленный ветром и опавшими ветками, мы убрали в два счёта. Подзарядили весьма добротные и качественные артефакты иллюзий и прочитали выжженную на древесине надпись: «Добро пожаловать в лагерь Радата. Будьте как дома и не забывайте оставить за собой порядок».

Не знаю, что за Радат, мои спутники тоже были не в курсе, но мужик явно толковый. Просто смотрю, как организован и работает лагерь, оказавшийся разбитым на окраине деревушки, и диву даюсь.

Судя по специальному журналу в палатке, здесь полгода никого не было. Я оставил свою отметку, троица же решила воздержаться от автографов.

Продукты были, но мало. И некоторые уже практически испортились. Но для четырёх голодных ртов… Простите, пяти и одного скрывающегося ото всех пузатого и щекастого любителя шоколада. В общем, княжна, что не была белоручкой, взялась за готовку. Сестрица нашего молодого императора пыталась ей помогать, но, если честно, больше мешала.

Я взял консервы с красной фасолью и ещё одну с тушёнкой. Конечно, не наемся, но хоть что-то… И отправился в дозор. Как и маг. Он шёл следом за мной, что немного нервировало, ибо я успел насовать в карманы конфеты для Фомы…

Оказалось, мужик не просто так решил вместе со мной поесть. Он имел ко мне разговор. И разговор серьёзный.

— Мирослав, я уже чувствую себя лучше. Спасибо за зелья. Ты знаком с законами нашей империи?

— Ну, я готовился, но… вряд ли смогу процитировать всё то множество указов и законов, что были написаны за годы её существования.

— Понимаю. Но я хотел бы обратить внимание на один конкретный закон, который и тебе поможет, и меня убережёт от многих проблем. Я о псионическом шунтировании. Иными словами, о допросе при помощи магии чтения воспоминаний. Он запрещён в отношении старших членов древних боярских родов и высокородных иностранцев. Ты не подданный империи, так что, если тебя прижмут, ссылайся на него. Сейчас империя не в том положении, чтобы ещё и международные скандалы раздувать.

— Хорошо, спасибо, – кивнул я.

— А теперь слушай меня внимательно. То, что ты услышал, увидел и узнал сегодня… Тебе запрещено кому-либо рассказывать об этом. Я лично прикончу тебя, если информация о наших злоключениях где-нибудь всплывёт. Понял? – прожигал меня спокойным, но давящим взглядом Павел.