Книга Эндшпиль, страница 72 – Камила Соколова

Мира на секунду замолчала, и новая волна паники поднялась у меня внутри. Только бы с ней все было в порядке!

— Ох, ты. Прости, – ее голос изменился и стал мягче, – я не думала, что ты будешь волноваться за меня.

— А за кого, ты думала, я буду волноваться? – я не мог успокоиться и продолжал нападать. Меня душил страх, который не отступал, несмотря на то, что я уже говорил с Мирой. В голове отчего-то всплыла развороченная машина, отлетевшая на газон, скорая помощь, кровь, много крови прямо на асфальте, освидетельствование в морге и похороны родителей. Два гроба сразу, венки, Миша в черном и тотальная невозможная пустота внутри.

— За машину, наверное, – на секунду она замолчала, а потом затараторила: – Слушай, не знаю, как это получилось, но технически можно сказать, что с машиной все в порядке. Не переживай, ладно?

Я тяжело дышал, мой желудок стянуло в узел. Меня затошнило. С ней и в самом деле что-то случилось. Я невероятный идиот: как можно было разрешать ей ехать ночью одной по незнакомым дорогам в незнакомой стране? Я же знал, что опыта у нее немного.

— Мира, ты не пострадала? – я старался говорить мягко, уж не знаю, насколько у меня это получилось, потому что я сам слышал каркающие хриплые звуки, которые вырывались из моего горла. – Где ты? Я позвоню в скорую. – Все мое тело наполнилось странной противной слабостью, будто я был сделан из ваты.

— Не нужно. Со мной все в порядке. Просто случайно оказалась в поле, хотела развернуться, но машина застряла в грязи. Пыталась выбраться, но только сделала хуже. А когда ты звонил, я, наверное, на улице была, откапывала колеса и не слышала.

От ее слов у меня что-то хлопнуло в голове, будто салют разорвался.

— Просвети меня, пожалуйста, как можно «случайно оказаться в поле», – прошипел я.

— Слушай, но ты только не злись, ладно? Ты же не злишься? – выпалила она, а потом затараторила еще быстрей: – Я ехала по дороге, играло радио, понимаешь. А по радио между песнями дают рекламу.

— Я не идиот, – отрезал я. – Давай к сути.

— Так вот, там была реклама чудесного ресторанчика, который располагается в деревне по пути, только немного надо съехать. И я подумала… подумала, что заеду и куплю чего-нибудь мне… тебе… нам… Ну просто поесть, понимаешь?

— Так, и?

— Ну, что – «и»? Ресторан был закрыт, интернет в деревне ловит плохо, да и часть дороги была не освещена, и я не заметила, как съехала с грунтовой дороги в рыхлую землю.

Я закрыл глаза, думая только о том, что прямо сейчас куплю билет на самолет и отправлю Миру в Москву. Ну за что мне эти тридцать три несчастья? Или сам полечу, чтобы высказать Мише, во что она меня втянула, отдав этой ненормальной мою клюшку. Мне нужно сосредоточиться на игре. Райан Маккензи сказал, что будет наблюдать за мной. Необходимо проанализировать свои действия, не знаю, на курсы по управлению гневом сходить, а тут вот это. Что ни день, то новые приключения. Я дышал по квадрату. Так, как делал это каждый день после смерти родителей, и гнал от себя страшные картинки, которые спрятал в дальние закоулки памяти. Лишь одна мысль об аварии – и они всплыли, словно были со мной каждый день. Спасибо Мире.

Но потом до меня стали доходить ее слова. Она съехала с трассы, чтобы купить поесть ей… мне… нам. Закололо под правым ребром.