Книга Эндшпиль, страница 71 – Камила Соколова

Она кивнула.

— И аккуратней езжай. Уже темно.

— Хорошо, мамочка.

Она протянула руку, чтобы забрать клюшку. Наши пальцы на секунду встретились, и меня будто пробило током. Словно еще минуту назад я был в небытии, а теперь понял, что живой. Понял, что я здесь и она здесь. Понял, что только что говорил со скаутом. Понял, что еще не все потеряно. И что будущее в моих руках.

— Ну, я пойду, – сказала она и, на ходу убирая клюшку в чехол, поволокла ее к выходу.

В автобусе мне не хотелось болтать с Томом, хотя он горел желанием обсудить пятнадцатый номер. Я пытался разобраться с тем, что произошло сегодня: скаут, Мира, которая приехала за двести километров на мою игру, наши с ней разговоры. Все так запуталось, я уже не понимал, где играю роль ее парня, а где нет, где ее ненавижу, а где нет. Да и вообще, ненавижу ли я ее? Три недели назад я бы руку дал на отсечение, утверждая, что никогда в жизни не дам Мире свою машину, и вот, пожалуйста.

Я вздохнул и, как всегда, чтобы отвлечься, написал Линнее. Мне нравилось с ней переписываться. Ее ответы были смешными, она знала миллион вещей и любила хоккей и природу. А вот встретиться с ней я не особенно хотел, пусть и уговаривал ее на свидание.

Линнея не отвечала. А я был настолько загружен переживаниями и мыслями, что в какой-то момент организм просто отключил меня, погрузив в сон.

До дома меня подвез Том. Я поднялся в квартиру, открыл дверь и, чувствуя бешеный голод, сразу направился к холодильнику, совершенно забыв, что он пуст – потому что каждый день я только собираюсь заполнить его нормальной едой, но почему-то не делаю этого. Вздохнув, я пошел в кафе покупать сэндвич. Хорошо, что рядом с домом есть место, которое работает круглосуточно. Я купил кофе и последний бутерброд с индейкой, раздумывая, не прихватить ли еще десерт, когда мой взгляд упал на часы и меня вдруг окатило тревогой: где, черт возьми, Мира?

Проверил телефон: ни новых сообщений, ни пропущенных звонков. Где ее носит? Определенно я был зол, но вместе с этим я понимал – я снова за нее испугался.

Роберт

Я позвонил, наверное, уже сто раз, но она не брала трубку. Вдруг с ней что-то случилось? Вдруг она попала в аварию и потеряла сознание?

И как только эта ужасная мысль пролезла в мою голову, я умер внутри. Серьезно. Кровь перестала циркулировать, а сердце биться. Я не могу больше никого потерять в автомобильной катастрофе. Не могу. Я вспомнил, что Мира то и дело забывает пристегиваться, вспомнил, что она плохо водит машину, вспомнил, что на улице ночь, а на дорогах могут быть пьяные водители. Я не чувствовал пальцев, ничего не соображал, забыл про еду и про кофе. Единственное, что я мог, это попытаться сообразить, что делать. Звонить в больницы? В полицию? Может, Мише набрать? Вдруг Мира дала ей знать о себе? Руки затряслись, по спине заструился пот. Я был уже близок к сумасшедшей панике, когда телефон заморгал, и я увидел на экране: Мира.

— Черт возьми, ты где? – набросился на нее. – С тобой все в порядке?

— Боюсь отвечать, – раздался ее голос, вроде обычный. Без слез и боли. Уже хорошо, я расслабил плечи. – Кажется, ты злой, как сто собак.

— Так и есть, – заорал я в трубку. – Ты должна была вернуться два часа назад, а вместо этого телефон не берешь, на сообщения не отвечаешь. Я подумал, тебя и на этом свете уже нет!