Книга Книжный в сердце Парижа, страница 74 – Лоренца Джентиле

Я захожу в кафе на углу, сажусь за привычный столик, заказываю café au lait^[57], открываю «Чайку». Погрузившись в чтение, я совершенно забываю следить за улицей. Да, детектив из меня никудышный.

«…И когда я думаю о своем призвании, то не боюсь жизни», – завершает свой монолог Нина. «Что же поняла обо мне Юлия? – спрашиваю я себя. – Как у нее получилось меня раскусить?»

— Никогда в жизни не видел хорька, – басит бармен.

Я уточнила в карманном словаре: хорек по-французски будет furet. Бармен явно не расположен к общению, но я решаю быть настойчивой. Широко улыбаюсь и пытаюсь сформулировать новую фразу.

— Дама, которая пишет?.. – повторяет он. – Кажется, да, раньше она приходила. Давно ее не видно.

— Вивьен? Вилла? Вам что-нибудь говорит это имя?

— Мне неизвестны имена клиентов.

Я набираюсь смелости и вновь открываю словарь.

— У этой дамы стрижка каре и седые волосы? – нерешительно спрашиваю я.

— Она была брюнеткой.

Я кладу на прилавок деньги за кофе, пытаясь скрыть разочарование.

— Merci, – говорю я, старательно выговаривая звук «р». Он берет деньги и ничего не отвечает.

В половине четвертого я прохожу квартал Ле-Аль, направляясь в кондитерскую Stohrer, где у меня назначена встреча с Виктором, и совершенно случайно вижу его за стеклом летней веранды в компании какого-то незнакомца. Откинувшись на спинку кресла, Виктор проводит руками по светлым волосам. Его берет лежит на столике, рядом с чашкой кофе. Хорошо одетый мужчина с правильными чертами лица накрывает руку Виктора своей ладонью. Затем открывает бумажник, достает пачку банкнот и протягивает ему. Виктор пожимает плечами, но денег не берет. Мужчина настаивает, оставляя их под беретом, и поправляет на шее синий шелковый шарф.

Виктор смотрит на часы, что-то говорит и поднимается с места.

Я удаляюсь быстрым шагом, прежде чем он успевает меня заметить.

Виктор застигает меня врасплох в тот момент, когда я делаю вид, что разглядываю витрину кондитерской.

— Ну что, зайдем? – предлагает он.

Эклеры, торт «Париж – Брест», яблочный пирог «тарт татен», пирожные «Монахиня»… Stohrer – настоящая сокровищница деликатесов.

— Что будешь? – спрашивает Виктор, засовывая руку в карман. – Я угощаю.

Аромат кружит мне голову. Сладости стоят слишком дорого, но мне хочется попробовать все. Я делюсь своими мыслями с Виктором.

— Тогда берем все! Все равно у меня куча денег.

— Куча денег? – Я стараюсь казаться удивленной.

— И я собираюсь потратить их как можно скорее. – Он снова подзывает продавца. – Чтобы не слишком к ним привязаться.

Я потихоньку привыкаю к его наряду в стиле Оливера Твиста, но все же задаюсь вопросом, что же на самом деле скрывается за этим немного инфантильным видом. Почему он сказал мне, что идет к даме, а вместо этого встретился с тем мужчиной?

Мы дегустируем пирожное «Монахиня» с кофейным, а потом и с ванильным вкусом, пробуем эклеры – шоколадный, клубничный и даже с корицей, а также двухслойный торт «Париж – Брест». Кажется, что мы находимся здесь с тетей.

И словно нам было мало сладостей, мы выходим из магазина с коробкой под мышкой.

Если начнется война, разрешите мне переждать ее в кондитерской.

Спустившись на набережную, мы встречаем Джона с Хиллари.

— У кого-то праздник? – спрашивает он при виде десертов.