Книга Книжный в сердце Парижа, страница 70 – Лоренца Джентиле

— Ты тоже могла бы пройти прослушивание.

Если бы она только видела мою репетицию монолога Скарлетт О’Хара однажды воскресным утром, когда никого не было дома. Чтобы воспроизвести платье, которое героиня сшила своими руками для встречи с Реттом, я завернулась в занавеску в гостиной и порвала ее по всей длине!

Нашу беседу прерывает Сильвия Уитмен.

— Как идет репетиция? – спрашивает она, забирая со стола какие-то бумаги. Она откладывает книгу и вдруг что-то вспоминает. – Это тебе. – Она протягивает мне открытку, которую достала из кармана бирюзового платья. – Продолжайте, я ухожу, – говорит она, торопливо выходя из комнаты и аккуратно закрывая за собой дверь.

Я смотрю на открытку: это акварель с изображением собора, в синих тонах с розовыми бликами. Архитектурное сооружение едва различимо сквозь туманную дымку.

— Моне, – подсказывает Юлия из-за моего плеча.

Я переворачиваю открытку, чтобы прочитать подпись. Ну почему здешние обитатели всё всегда знают? Руанский собор.

Открытка отправлена по почте на адрес книжного магазина, адресатом указана я.

Олива, дорогая, мне пришлось уехать по срочному делу. Я потом тебе все объясню.

Потерпи еще пару дней, не больше. Я должна рассказать тебе кое-что очень важное. Это касается меня и нашей семьи.

Подожди меня. Ты дождешься?

Твоя Вив

Я перечитываю текст до тех пор, пока его смысл окончательно не теряется, если он в принципе там был. Что-то о нашей семье? Сердце стучит в висках.

— Нина из «Чайки»! – вдруг восклицает Юлия.

— Что, прости? – переспрашиваю я.

Она доела весь рис.

— На прослушивании ты можешь сыграть Нину. У нее прекрасный монолог в конце пьесы.

Монолог Нины. Именно он так тронул тетю во время нашего первого похода в театр. Нина, я?

— Да что ты! – говорю я Юлии. – Прослушивание ведь будет на английском?

— На английском и на французском. Ты же хорошо знаешь английский.

— Хватит думать обо мне, пора сосредоточиться на тебе.

Она что-то бормочет, заканчивая словами:

— Думаю, тебе следует хотя бы его прочитать.

Дорогая Олива, теперь еще и забастовка?! Три дня! Тогда я попрошу Мару написать отчет и передать его Руджеро. Руджеро попросил нас подумать о дистрибуции. Может, тебе еще что-нибудь придет в голову, кроме спортзалов? Если что, можем рассмотреть вариант партнерства. Меня вызывают.

До скорого,

Вероника

На улице ослепительно светит солнце. Я вспоминаю, как всего несколько дней назад выглядывала в это окно, чтобы проверить, не идет ли тетя Вивьен.

Меня не было в офисе три дня, но кажется, будто прошли недели. Судьба компании может измениться в одночасье. А я сижу здесь. Неужели мой отъезд должен был произойти именно в этой напряженной ситуации? Я размышляю над тем, почему я до сих пор не вернулась, и в этот момент мне звонит отец.

— Надеюсь, ты не против, что я продолжаю решать твои головоломки, – начинает он. – Перешел на сложный уровень.

— Молодец, папа.

— Я занимаюсь судоку по вечерам, в беседке в саду. Как это ни странно, но решение можно найти всегда.

— Решение можно найти всегда, это правда.

— Даже когда это кажется невозможным.

Решение можно найти всегда, даже если это кажется невозможным. Отец звонит мне уже второй раз за несколько дней. И его глубокие мысли, конечно, интереснее, чем печенье с предсказаниями.