Книга Все недостающие фрагменты, страница 67 – Кэтрин Коулc

Эзра покачал головой.

— Тебе не кажется, что они бы уже заявили о себе?

Я засунула бумажник обратно в сумку и перекинула ее через плечо.

— Люди не всегда понимают, что то, что они видели, имело значение. Вот почему мне важно поговорить как можно с большим количеством людей.

— Возможно, — пробормотал он. — Я принесу твой кофе и завтрак как можно скорее.

Я знала, что такое отказ, когда слышала его, и не винила Эзру. Люди не хотели думать о том, что рядом с ними может жить похититель, тот, кто терроризировал молодую девушку и не обращать на это внимания. А когда я расскажу обо всех случаях, они поймут, что все было еще хуже. Что этот человек насиловал и убивал.

Меня охватила тошнота, когда перед мысленным взором возникло лицо Эйвери. Я не хотела, чтобы это было правдой, ни для нее, ни для Эмерсон, ни для кого-либо другого. Но то, что я не хотела этого, не означало, что этого не было. И я не боялась смотреть правде в глаза.

Я пробиралась между столиками, чтобы занять пустой, за которым сидела раньше. С него открывался прекрасный вид и на улицу, и на ресторан. Когда проходила мимо двух пожилых мужчин, игравших в шахматы, один из них поднял голову.

— Ты тот самый репортер, не так ли?

Я постаралась тепло ему улыбнуться, хотя и не чувствовала этого.

— Подкастер. — Мне никогда не нравился термин «репортер». Он казался мне скучным и отстраненным.

Мужчина покачал головой.

— Тебе нужно двигаться дальше. Ты никому здесь не нужна. Не буди спящую собаку.

Его слова задели. В обычной ситуации этого бы не случилось, но я уже была расстроена после прошедшей ночи.

— О, Норм, прекрати. Тебе нужна ежедневная доза сливового сока, потому что похоже у тебя запор, — сказал второй мужчина.

Я перевела взгляд на него, и на моем лице снова появилось подобие улыбки. На нем была рубашка на пуговицах и подтяжки, украшенные рисунками шахматных фигур. Он протянул руку.

— Я Сэм, а этого ублюдка зовут Норман, но можешь называть его Норм.

— Привет, Сэм. Я Ридли.

— Продолжай с ней разговаривать, и она наверняка назовет тебя похитителем, — огрызнулся Норм.

— Мне нечего скрывать, идиот, — парировал Сэм.

Норм надулся.

— Это ты так думаешь. Просто подожди, пока твое имя будет у всех на умных телефонах и тех ТВ-блокнотах.

Сэм долго смотрел на друга.

— Ты имеешь в виду смартфоны и планшеты?

— Я не могу угнаться за терминами, — проворчал Норм.

— Иди в ногу со временем или останешься позади, неандерталец.

Они продолжали препираться, пока я подходила к своему столику. Но я включила Сэма в список людей, к которым можно обратиться за интервью. Только надо было сделать это, когда рядом не будет его приятеля Норма. Я чувствовала, что он повалит меня на пол, прежде чем позволит достать микрофоны.

Устроившись за маленьким столиком, я достала ноутбук и блокнот. Хотя я и хранила все свои файлы и заметки в цифровом виде, мне нравилось чувствовать бумагу и ручку. Что-то в этом было приятное.

— Вот, держи, — сказал Эзра, ставя на стол мою тарелку и кофе.

Аромат был божественным, и мой желудок заурчал. Я поняла, что вчера вечером пропустила ужин, что никогда не было для меня разумным шагом. Возможно, отчасти именно это заставило меня захлопнуть дверь перед лицом Кольта.

Одно только его имя вызывало в сознании образ этого человека. Эти бездонные глаза, потемневшие до черноты. От него волнами исходил гнев.