Книга Анатомия нас, страница 74 – Амелия Лефэй

— Вы оба...

ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ.

— Кто, черт возьми? — нахмурился Уэс, когда Джейн застонала, отворачиваясь от меня.

Потянувшись за телефоном, я чуть не застонал сам, увидев звонящего. Если я не отвечу, она будет звонить и писать, и звонить еще два десятка раз. Вздохнув, я сел на кровати, прислонившись к изголовью.

— А! Ты ответил с первого звонка? Должно быть, я застала тебя в хорошее время!

— Ирен, сейчас гребаное утро. Похоже это на хорошее время?

— Ну, у меня девять, не будь таким ворчливым. — Тот факт, что она сказала это так серьезно, только доказывал, насколько она безумна.

— Макс, — пробормотал Уэс, проводя руками по волосам.

— Что такое, Ирен? — спросил я, вставая с кровати, и несколько перьев, оставшихся после нашей ссоры с Уэсом, упали на пол вместе со мной.

— Мне нужно поговорить с Джейн. Иди разбуди ее, — потребовала она.

Пройдя всего два фута от кровати, я повернулся к Джейн, уже засыпающей, сжимающей подушку под головой.

— Она спит, — прошептал я. — Попробуй перезвонить в разумное для людей время.

— Я знаю, что она спит, поэтому я и говорю — разбуди ее!

Теперь она начинала раздражать. — Ирен, тебе не пять лет, мир не останавливается, потому что ты чего-то хочешь.

— Вот это да, ты снова читаешь лекции. Значит, тебя простили. Поднеси телефон к ее уху или поставь на громкую связь, потому что это гребаная чрезвычайная ситуация!

— Что случилось? — спросил я, быстро забеспокоившись.

— Джейн! — закричала она.

— А? — Джейн мгновенно села, и я просто посмотрел на нее. Как она это услышала? Она моргнула несколько раз, оглядываясь.

— Это была она? Она в постели с тобой? Уэсли здесь? Я в постели с вами троими? — прошептала она последнюю фразу, и я поморщился при этой мысли.

— Кто это? — спросила Джейн, потирая глаза.

— Никто, ложись спать.

— Максвелл Александр Эмерсон третий, ты назвал меня «никем»? Боже, почему она моя родственница?

— Джейн! — снова закричала она. Вздрогнув, Джейн встала с кровати, к раздражению Уэса, и подошла ко мне, взяв телефон.

— Привет, Ирен, — сказала она, и я не мог расслышать ответ. Джейн скривилась, включила громкую связь и снова легла на кровать. — Хорошо, ты на громкой связи.

— Как вы, британцы, говорите, блестяще! Привет, Уэсли, как дела?

— Нормально, Ирен. Хотя было бы гораздо лучше, если бы я мог спать.

— Нормально — достаточно хорошо, — ответила она, и Джейн усмехнулась. — Ты смеешься, Джейн? Потому что у меня к тебе претензия.

— Ирен, ты беременна, пожалуйста, прекрати пить, — сказал я, садясь рядом с Джейн на кровать. Джейн резко повернулась ко мне, ее ореховые глаза расширились.

— Она беременна? — беззвучно спросила она меня, и я только кивнул.

— Ха-ха-ха. Это не смешно, — сказала она мне. Вскинув руки, я просто откинулся назад, скрестив руки.

— Ты привлекла наше внимание, Ирен, ты в порядке?

— Нет. Я не в порядке, и ты, Джейн Чепмен, бессердечная, — огрызнулась она.

— Ирен... — начал я, но она продолжала.

— Я знаю, мы не были подругами долго. Но как ты могла просто собраться и уйти, даже не попрощавшись? — сказала она тише, и мы все замолчали. Улыбка на лице Джейн исчезла. — Знаешь, у меня нет друзей, мои родители даже не разговаривают со мной, все, что у меня есть, это Максвелл, и его угрюмая задница тоже пропала. Ты не единственная, у кого есть проблемы с покинутостью, леди. Даже если два идиота слева от тебя бросили тебя, я бы осталась и отлично провела время, обсуждая, какие они дерьмовые придурки.