Книга Заучка для Бунтаря, страница 29 – Екатерина Котлярова

— Я… Я… — голос резко пропал.

— Ты решила деньги мне дать? — криво ухмыляется Артур, медленно поднимаясь из-за стола. — И сколько же? — резко разворачивает мою руку, разжимает кулачок и смотрит на деньги. — Как-то маловато, не находишь, Заучка?

— Это всё, что у меня есть, — бормочу, стыдливо опуская глаза.

— Прямо всё до последней копейки? — с насмешкой спрашивает на ушко, шевеля дыханием мелкие волоски, выбившиеся из причёски.

— Да. Больше ничего нет, — я впиваюсь ногтями в нежную кожу ладошки, чтобы вновь не расплакаться. — Совсем ничего. Я не могу принять такие дорогие вещи, Артур.

— Я же всё сказал, Заучка, — толкает меня к стене, вжимает в обои огромным телом, пальцами сжимает подбородок. И шипит с яростью в скулу: — Я буду натягивать на тебя всё, что хочу, Заучка. А потом и стягивать. Если желание возникнет.

— Артур, я не игрушка, — жмурясь, в отчаянии шепчу я. — Я живой человек. Мне больно слышать такие слова.

— А мне глубоко поср*ть, Ульяна, — моё имя прокатывает на языке. — Можешь в глотку запихать эти жалкие копейки. Ещё раз увижу…

Не заканчивает. Только носом прижимается к скуле и часто дышит. Я дрожу, как маленький и беспомощный зверёк, которого загнали в ловушку. И пальцами скребу по стене позади. Я не понимаю собственных эмоций. Не понимаю, почему мне кажется, что в моих венах сейчас течёт лава. Почему подушечки пальчиков покалывает от какого-то нестерпимого желания. Почему внизу живота всё так тянет на грани боли.

Артур чуть смещается. Теперь его нос замирает у моего ушка. Он шумно дышит. Щекочет нежную кожу. И пускает крупные огненные мурашки гулять по ней. Я разжимаю ладошку и деньги, которые я до этого зажимала в кулачке, с тихим шелестом опускаются на пол. Но я не обращаю на это внимания. В каком-то неясном дурмане, необдуманном порыве, кладу ладошку на грудь Артура и провожу вверх. Я задыхаюсь будто от удара током, когда пальцы касаюсь кожи над горловиной футболки. Мне кажется, что меня по затылку ударили чем-то тёплым.

Я вспыхиваю и тут же убираю руку. Но Артур перехватывает ладонь и кладёт её обратно. На свою шею. Такую горячую и обжигающую до самого нутра. Я чувствую, как под пальчиками колотится его пульс. Настолько часто, что мой собственный замирает.

Я в неверии вскидываю глаза на Артура. Его лицо сейчас настолько близко, что в серых льдистых глазах вижу голубые крапинки. Завораживающие. Колючие.

— Никаких денег, Уля, — сипло и очень тихо говорит парень. — Поняла меня?

Склоняет голову ещё ниже. Теперь его дыхание опаляет губы. Будто бы… будто Артур Бунтарёв собирается меня поцеловать. А я… А я почему-то не боюсь этого. По какой-то причине я будто жду. Приоткрываю губы и смотрю на рот Артура. На его пухлые яркие губы, которые он сейчас не кривит в ухмылке и поджимает.

Звук закипевшего чайника заставляет меня вздрогнуть. Очнуться. Я отчаянно начинаю копошиться, вырываюсь из рук парня и бросаюсь к чайнику. Дрожащими руками засыпаю заварку в заварочный чайник и заливаю кипятком, сверху накрываю полотенцем. Ладошками упираюсь в столешницу, низко опускаю голову и часто, надсадно дышу. Моё сердце колотится где-то в горле, а ноги мелко дрожат, будто я пробежала десяток километров.

Над плечом мелькает крупная рука. Артур неслышно подошёл ко мне со спины, и теперь упирается ладонью в навесной шкафчик над моей головой.