Книга Ты моя Война, страница 186 – Селена Кросс

Волна накрыла меня резко, мощно, выжигая всё лишнее. И на какое-то мгновение было ощущение, что мы растворились друг в друге полностью.

Потом наступила тишина.

Тёплая. Живая. Настоящая.

Я не отпустил её. Не позволил ей отстраниться ни на миллиметр. Просто прижал ближе, закрывая собой весь мир, и коснулся губами её виска.

— Всё хорошо, — прошептал я. — Я рядом. Всегда.

Она тихо улыбнулась, спрятав лицо в моей шее. Её тело ещё дрожало, но внутри стало спокойно — я чувствовал это кожей.

— Не отпускай, — прошептала она едва слышно.

Я провёл пальцами по её спине, притягивая ещё крепче.

— Никогда, Тесс. Ты слышишь? Никогда.

И впервые за долгое время внутри стало по-настоящему спокойно.

Будто весь мир действительно существовал только для нас двоих.

Тесса лежала на моей груди — тихо, красиво, будто создана для утреннего света, который ложился на её плечо. Волосы разметались по простыне мягкой тёмной волной, обрамляя лицо, за которое мне хотелось благодарить всех богов сразу.

Я чувствовал её дыхание — мягкое, тёплое — и ритм её сердца, который странным образом совпадал с моим. Её маленькая ладонь лежала на моём животе, будто она держала меня даже во сне.

Я смотрел на неё — и понимал, что никогда, ни одна картина в жизни не была прекраснее.

Как же она красива…

Даже когда тихо сопит, как ребёнок. Даже когда откидывает голову чуть назад, открывая линию шеи, которую я хочу целовать каждую ночь.

Я смотрел на её тело, на светлую кожу, на плавные изгибы — и у меня внутри поднималось чувство, которое трудно описать.… именно то тёплое, настоящее чувство, которое бывает только к своей женщине.

Скоро она станет моей женой.

И чем больше я смотрел на неё, тем сильнее понимал — я не ошибся, когда попросил её отца о благословении. Это было решение, которое казалось импульсивным… но оказалось самым верным в моей жизни.

Я сделаю всё, чтобы эта женщина была счастлива со мной.

Чтобы её глаза всегда светились, когда она смотрит на меня.

Тесса спала крепко, дышала глубоко. Я аккуратно выскользнул из-под её руки, поднялся, по привычке опираясь на силу рук, и отправился в душ.

Я не хотел, чтобы она видела, как я перетаскиваюсь в кресло. Не то что бы стеснялся… простоещё не время показывать ей эту часть меня. Не хочу, чтобы жалость коснулась её взгляда хотя бы раз. Я наклонился, убрал прядь со щеки. В груди поднималась тёплая, глубокая волна — такое ощущение бывает только рядом с человеком, ради которого готов отдать всё.

Пока она спала, я заказал завтрак: запеканку, ягоды, немного сладостей, кофе… и, конечно, вишнёвое мороженое — маленькая слабость моей девочки.

Персонал накрыл стол в гостиной — аккуратно, тихо.

Принесли орхидеи — белые, чистые, такие же невинные, как она, когда спит рядом со мной.

Я уже собирался вернуться в спальню — лечь рядом, поцеловать её в щёку, медленно, нежно разбудить…

И тутраздался телефонный звонок.

На экране — Мэйсон.

Что ему нужно так рано?

Я ответил, взгляд всё ещё был на двери спальни.

— Мистер Уинтерс, доброе утро, — голос Мэйсона дрожал.

— И тебе доброго утра, Мэйсон. В чём срочность? — спокойно, без тепла.

— Тут такое дело, босс… — он замялся.

Я почувствовал, как внутри что-то дернулось — неладное всегда чувствуется заранее.

— Переходи сразу к сути, Мэйс, не мямли.