Книга Пятое время года, страница 47 – Анюта Соколова

— По просьбе Её Величества я опекаю харсинцев, – из тени вышел стройный молодой мужчина.

Сказать, что он был красив, – ничего не сказать. Какая, к чёрту, бледность! Ровный загар подчёркивал яркие, словно аквамарины, глаза, взгляд казался тёплым и открытым. Золотисто-пшеничные волосы слегка вились над высоким лбом, идеальные, не пухлые и не тонкие, губы улыбались. Он дружелюбно протянул Совье руку:

— Ужасная скука. Эти господа совсем не понимают тершенского, а я утомился служить переводчиком. Еле отыскал служащего, знающего харсинский. Теперь таскаюсь за своими подопечными уже третий час, и от болтовни звенит в ушах. Ты на службе?

— Нет, я показываю музей моей давней приятельнице.

Пауза после «моей» была еле уловима.

— Позвольте вас познакомить: Дея, это господин Саймор Денье, Саймор, это госпожа Андея Мурье.

— Бесконечно рад знакомству, – Денье поднёс моё запястье к губам и одновременно взглянул на меня из-под тёмных пушистых ресниц.

Такие взгляды предназначены разить наповал, и я старательно изобразила трепет.

— Я тоже… искренне рада.

Бархатные интонации удались на славу. Денье заинтересованно оглядел меня – очень осторожно и быстро, в рамках приличий. Я же боролась с искушением вытянуть нить, пока его пальцы касались моей кожи. Всего одна ниточка!.. Нет, нельзя. Если я заляпаю кровью музейный паркет, ничего, кроме брезгливости, не вызову.

— Мне казалось, я знаком со всеми красивыми девушками Тангера, но, похоже, красивейшую из них Кейвен прятал для себя.

— Вы несправедливы в своих обвинениях, господин Денье. Я только недавно приехала из Герсена.

— И сразу же угодили в загребущие лапы Кейвена? Вы шпионка или авантюристка, госпожа Мурье?

— Естественно, шпионка! Быть авантюристкой сейчас немодно, – поддержала я шутку.

— Прекрасная шпионка, надеюсь, мы увидимся в самом ближайшем времени, – Денье неохотно отпустил мою руку. – Если, конечно, Кейвен не намерен скрывать вас и дальше. Вы планируете посетить завтрашнюю выставку Снежных роз?

— Обязательно! – с готовностью подтвердила я.

— Тогда я буду жить ожиданием встречи, – он поклонился. – Пойду догонять своих харсинцев, пока меня не обвинили в пренебрежении служебным долгом.

Денье направился вглубь зала, а я поморщилась:

— Господин Совье, скажите, дамы действительно падки на эти примитивные штуки? «Прекрасная шпионка», «жить ожиданием встречи», фи!

— Ещё как. А вы талантливая актриса, госпожа Мурье. В какой-то миг я забеспокоился, что вы пали жертвой обаяния Денье. Флиртовали вы весьма профессионально.

— Десять лет я исполняла роль хозяйки дома, которой вменялось в обязанность умение любезничать с гостями. Притворству научится даже бревно. Значит, завтра я должна посетить выставку Снежных роз? Кстати, что это за цветы?

— Обыкновенные морозники. Каждый год перед началом зимних праздников в Ботаническом саду проходит выставка, где может принять участие любой желающий.

— Эти цветы столь прекрасны, что требуют отдельной выставки?

— Не могу судить. Я банален, с детства люблю обыкновенные красные розы. Утром я пришлю за вами экипаж.

Совье глубоко вздохнул:

— И пожалуйста, ради Богов, не гуляйте сегодня вдоль Тейры!

Просьбу Совье я добросовестно выполнила: к набережной не приближалась. Первым делом собрала свои старые вещи и отвезла их на Канатную улицу. Хелли лишилась дара речи и всё норовила поцеловать руку. Задерживаться я не стала, только спросила о судьбе Солава: ворюге, как и следовало ожидать, присудили три года каторги.