Книга Пятое время года, страница 37 – Анюта Соколова

— Если, по-твоему, за мной ухаживают мужчины, я ещё ого-го! В салоне мне сказали, что у меня фигура двадцатилетней!

— Враньё и лесть! В двадцать ты была округлой и нежной, а сейчас жилистая и… и…

— Жёсткая?

— Жёсткая, – согласился Рен. – Вредная языкатая ведьма. Пойдём гулять? В Тангере солнце, пусть оно и сядет через час. Ты чертовски здорово смотришься в этих мехах.

— Я-то думала, ты предпочитаешь кроликового горностая, – съязвила я.

Рен сердито засопел.

— Мур-Мур, меня и Маришу связывали лишь отношения… определённого рода.

— А она об этом знала?

— Знала, – Рен посмотрел мне в глаза. – Я сразу сказал, что, кроме постели, ничего не будет. Мариша согласилась.

— Дурной ты ведьмак, – я невесело усмехнулась. – Женщина всегда соглашается на меньшее в надежде заполучить больше. Она тебя любит. Беззаветно, отчаянно. Велишь утопиться – пойдёт и прыгнет в Тейру.

— Откуда ты… – он оборвал себя, сжал губы в тонкую линию. – Мне жаль. В любом случае неделю назад я расстался с Маришей. То, что она пришла вчера, исключительно её инициатива и ключ, который я забыл забрать.

— Забрал?

Вместо ответа Рен вынул связку, отцепил один из ключей и положил на стол.

— Мариша была нужна мне не только ради постели. Иногда у меня случаются обмороки. Могу пролежать без сознания полдня или больше. Не хочу, чтобы мои парни вынесли дверь.

— Часто? – сердце болезненно сжалось.

— Теперь нет.

— А лекарь…

Рен грубовато перебил:

— Мур-Мур, всё в порядке. Мне просто спокойнее знать, что у надёжного человека есть ключ. Тем более мы соседи. Если, конечно, Совье в ближайшем времени не подарит тебе особняк в Парадном квартале.

— Ты безнадёжен, – я указала на раскрытую дверь в комнату. – Посиди и подожди, пока я переоденусь.

— Так ты вроде одета?

Я запустила в него скомканной запиской:

— Перечитай фразу про униформу. Сейчас я не на службе.

Платье от госпожи Лисаны действительно мало подходило для прогулок, да и тонкие шёлковые чулки хороши исключительно летом. Минут через десять я вышла, к этому моменту Рен бесцеремонно исследовал всю мою квартиру.

— Уютненько, – заключил он и протянул мне пальто.

Набережная Тейры в Прибрежном районе не пользовалась такой популярностью, как в промежутке между Золотым и Львиным мостами. Там по обе стороны реки тянулись богатые особняки и скверы, а ближе к пригороду – и летние дворцы. Здесь, за полосой чёрной воды, виднелись сросшиеся торцами однообразные доходные дома Торгового района и плоские купола газгольдеров. На нашем берегу деревья тоже были редки, зато пешеходную часть выложили гранитной плиткой, установили трёхрожковые фонари и чугунные скамейки. Солнце медленно ползло вниз, потихоньку наливаясь апельсиновым соком, и черепица крыш алела на фоне тёмно-синего неба.

— В первую очередь покажи мне все приличные рестораны, – попросила я Рена. – Не каждый же день меня ждёт обед с перепёлками за счёт начальства. Под приличными я подразумеваю те, у которых чашка чая не будет стоить осьмушку, а тарелка супа – четвертак.

— Ты всё равно не найдёшь здесь цен Сытного квартала. К тому же я перебрался сюда не так давно, ещё не изучил район. Могу отвести в ресторан, где предпочитаю ужинать сам.

— На обратном пути, – кивнула я. – А что здесь с продуктовыми лавками? Я как-то привыкла завтракать дома.