Книга Пряничный домик Агнешки Кравчик, страница 13 – Татьяна Абалова

Я огляделась. Богатое убранство комнаты поражало детское воображение, но более всего меня восхитило зеркало, стоящее на трех изящных ножках в центре комнаты. Оно было инкрустировано золотом и цветными каменьями, чьи грани вспыхивали под сполохами каминного огня.

— Кто это? — не удержалась я, когда заметила в зеркале отражение девушки с распущенными волосами. Та сидела в каком-то темном помещении в одной нижней рубахе, освещенная неярким светом двух свечей. Она заговорила, и я различила слова: „Суженый-ряженый, приходи со мной ужинать“.

Красивый незнакомец позвонил в колокольчик, и в комнату вошло еще несколько юношей, как мне показалось, тоже принцев. Они на некотором удалении принялись рассматривать отражение замершей в ожидании девушки, и не обращали на нас никакого внимания, ровно до тех пор, пока „мой“ принц не спросил:

— Что? Никому из вас черноокая невеста не приглянулась?

Только тут они обернулись и обнаружили мое присутствие.

— Генрих, что это за чудное создание?

Так я узнала, что принца зовут Генрих.

— Видимо, моя судьба, — ответил тот и протянул мне бокал с чем-то теплым и приятно пахнущим. Пока я пила, изображение разочарованной девушки исчезло, а ее место заняла другая. Стоило ей произнести ту же фразу „Суженый-ряженый, приходи со мной ужинать“, как один из принцев выкрикнул: „Моя!“ и сделал шаг к зеркалу. Девушка, увидев его, ахнула и закрыла лицо ладонями.

— Ну, все! Выбор сделан, — произнес „жених“ с самодовольной улыбкой.

— Вайолет, осторожно. Пряничный домик больше не у германца, — Генрих поднял руку, привлекая к себе внимание. — Видимо, подлец продал его.

По комнате пронесся гул недовольных возгласов.

Чуть тише „мой“ принц добавил:

— Постарайся выяснить, сможем ли мы им пользоваться или придется о нем забыть? — И уже обращаясь ко мне: — Ты проводишь Вайолета в свой домик?

— Как вас зовут, милая дама? — улыбающийся Вайолет отвесил шутовской поклон и поцеловал мою руку.

— Агнешка, — произнесла я, страшно смущаясь. Ведь я так и не умылась перед сном, и на пальцах виднелись следы от шоколада. Вайолет поднял меня и, кутая в подаренную Генрихом шаль, пошел к выходу.

— Агнешка, вспомни обо мне, когда тебе исполнится восемнадцать! — крикнул на прощание Генрих. Принцы разразились громким смехом.

Утром меня разбудил дедушка.

— Вставай, засоня. Рождество проспишь! И иди, умойся. Все лицо в шоколаде.

Как же мне было стыдно! Один раз в жизни повезло увидеть принца (пусть и во сне), а я выглядела как настоящая замарашка!

С той ночи прошло много лет. И ни разу чудесный сон не повторился. Хотя существовала одна вещь, которая меня сильно смущала — в доме обнаружилась шаль, которую я впервые увидела именно в замке с зеркалом. Все заверения, что я принесла ее из сна, сначала забавляли родителей, а потом ими было строго наказано перестать твердить, что из пряничного домика можно попасть в сказочный мир. Да и я, повзрослев, поняла, что притащить что-либо из сна просто невозможно. Пряничный домик был забыт и пылился во флигеле вместе с другими старыми вещами.

Ровно до тех пор, пока мне не исполнилось восемнадцать.

Наступило Рождество, и мы отправились с подругами колядовать. Насмеявшись до колик, наевшись сладостей, извалявшись в снегу до зубовного стука, мы нагрянули в дом кузины Ядвиги погреться, где кто-то вспомнил об обычае гадать на святки.