Книга Мой дорогой дневник, страница 20 – Татьяна Абалова

Чувство вины угнетало меня. Если бы не мое любопытство!

Я помогла перебинтовать рану на руке, к счастью, не опасную для жизни.

— Мы уедем из этого дома. Сейчас позвоню твоему отцу и скажу, что забираю тебя к себе. Я буду убедительным. Маста Ирек умный человек, он поймет, что жизнь дочери важнее пересудов людей.

Мы почему-то не смогли открыть входную дверь. Я запаниковала, представив, что мы никогда не выберемся из проклятого дома, он не отпустит, но спокойные действия Санджая погасили вспышку страха.

Ему пришлось сломать замок. А мой взгляд все время возвращался к веранде, где у раздвижных дверей так и остался лежать дневник.

Сгоревшую «Махиндру» заменил скутер.

— Держись крепче.

Я прижалась к спине мужчины, крепко обхватив его руками. Мне было все равно, куда он меня везет, лишь бы подальше от виллы и ее тайн.

Городская квартира Санджая оказалась в фешенебельном районе: охраняемая территория, яркое уличное освещение, ухоженные лужайки, выложенные плиткой дорожки. Оставив скутер в подземном гараже, мы поднялись на лифте на седьмой этаж. В серебристой поверхности кабинки отразились наши уставшие лица.

Бросив сумку с деньгами и документами у порога, я прошла следом за Санджаем на кухню, больше напоминающую пункт управления звездолетом. Климат-контроль поддерживал в квартире комфортную температуру.

— Санджай, ты богатый? — Я сидела за столом со стаканом свежевыжатого апельсинового сока.

Мужчина только улыбнулся.

— Утром не пугайся, в доме появится слуга. — Руки Санджая, сцепленные в замок, лежали на столе. Он был по-домашнему расслаблен. Пропитавшаяся кровью повязка на его предплечье служила мне немым укором. Я чувствовала свою вину за то, что втянула мужчину в демонический кошмар. Мой взгляд, независимо от желания, все время возвращался к пятнам крови.

— Я поняла. Не пугаться.

— Он говорит по-английски и выполнит все, что попросишь. Гостевая комната напротив моей. В шкафу ты найдешь пижаму и халат. Ванная комната справа от кровати.

Постепенно напряжение спадало. Спокойный голос мужчины гасил последние вспышки страха. Я вновь чувствовала себя в безопасности.

— А ты?

— Поеду к другу. Он соберет всю возможную информацию по вилле Сунила Кханны. Мы должны понять, что происходит. Я уверен, что все отгадки спрятаны в прошлом.

Ночью опять снилось, что Санджай меня душит. Проснувшись, я никак не могла успокоиться.

— Это сон, это всего лишь сон.

Рот пересох, и я, накинув халат, пошла на кухню. В одной из комнат горел свет. В приоткрытую дверь я увидела Санджая. Он стоял перед нишей со скульптурой многорукого бога.

На цыпочках, чтобы не отвлекать его от молитвы, прошла дальше и, напившись, вернулась в свою комнату.

Сон не шел, хотя я чувствовала себя усталой и измученной. Сказывались болезнь и весь тот ужас, что обрушился на нас.

Стоило подумать о дневнике, как опять накатила паника. Впервые столкнувшись с потусторонними силами, я находилась на грани отчаяния, и только слова Санджая, что он сдаваться не собирается, вселяли веру — выход будет найден.

Я лежала в тишине и повторяла словно мантру: «Я сдаваться не собираюсь. Я сдаваться не собираюсь. Я сдаваться не собираюсь».

Прошел час, другой, а сна как не было.

Разыгралось воспаленное воображение, и мне уже слышались странные шорохи и бормочущие голоса. Боясь оставаться в темноте, я заставила себя подняться и опустить ноги на пол. Казалось, что тени, затаившиеся по углам, ожили и вытянули свои бесплотные руки, чтобы схватить меня за лодыжки и утащить в бездну.