Книга УПС. Главное правило племени Гхы–Гхы, страница 5 – Татьяна Абалова

— А все потому, что вы не вдохнули в зеркала магию. Кто первый сделает амулет, в котором можно будет увидеть не только силуэт суженого, но и рассмотреть лицо, получит по моему предмету зачет.

Веста подошла к проблеме просто – зачем строить стеклянные коридоры, когда достаточно одного ручного зеркальца? С ним и работать проще – не надо большого объема магии. Она неделю заговаривала стекло, стирала и снова выводила на его серебристой поверхности магические заклинания, но ничего не получалось.

— Явись! – требовала она, держа зеркало перед собой. По нему шла цветная рябь, металлическая оправа нагревалась, иногда все это начинало дымиться и скверно пахнуть жженной шерстью, но Веста яро верила, что у нее получится.

— Ты так скорее демона вызовешь, чем оборотня, – кривилась Ганда, зная, что ее подруга из клана лесных оборотней.

Отцом Веси был альфа–самец, и за право стать зятем вожака бились многие молодые оборотни. Их постигло великое разочарование, когда Веста изъявила желание учиться на артефактора. Чуяли, что в университете у нее появится много соблазнов, и зятем вожака может сделаться кто–то из ее новых знакомых.

— Демоны тоже превосходные женихи. Посмотри на красавчика Тутто Амброуза.

Подруга даже не пыталась создать амулет. Обреченно ждала, когда назначат дату зачета, и поражалась упорству Веси.

И вот, наконец, ее настойчивость была вознаграждена. Оказалось, достаточно просто положить заколдованное зеркальце под подушку, чтобы не только увидеть жениха, но и даже потрогать его.

— Да, амулет сработал, – созналась Веста, все еще ощущая любовный трепет в теле.

— И кто он? Кто–то из вашей стаи?

— Нет, – на лице Веси появился легкий румянец смущения, когда она вспомнила, как и где целовал ее мужчина. – Это орк.

— Он учится в нашем университете?

— Непохоже. Он взрослый. И я видела его на фоне цветущей степи.

Подруга дернула занавеску, чтобы показать, что на улице идет снег.

— Может, просто сон?

Веста закусила губу. Но все было так реально! И трава под пальцами, и... разрядка.

— Сегодняшней ночью еще раз проверю, – твердо пообещала она. – А если на самом деле сон, то придется засесть за учебники.

— Вместе пойдем на зачет, – обрадовалась Ганда.

Шугар открыл глаза. За шатром гудел ветер и сотрясал хлипкое жилище шамана.

— Снег пошел, – сообщил тот, отхлебывая из пиалы. – К ночи буран разыграется. Всю степь белым заметет.

— Я что, сидя уснул? – Шуга огляделся.

— А что ты видел? – в свою очередь спросил шаман.

— Синее небо, маки и женщину. Красивую женщину. Красные волосы и... – он ладонями обрисовал в воздухе ее фигуру. Со сладким отголоском воспоминания сжал пальцы на призрачной груди и огладил бедра.

— Что ты сейчас чувствуешь к Роне?

Шугар поднял глаза к потолку. Пожал плечами. Ничего не отозвалось в душе. Прошла боль.

— Можешь идти, – старик улыбнулся. – Ты здоров.

— Как?! А та, которую я видел?

— Это всего лишь лекарство.

Шуга приложил ладонь к груди. Потер, словно за ребрами болело.

— Нет. Я еще не совсем здоров. Как подумаю: «Рона», так сразу здесь щемит. Завтра утром опять приду. За лекарством.

— Приходи, – старик попытался спрятать улыбку, отчего она у него получилась кривой.

* * *

Веста целый день была как не своя. Все падало из рук. Задумываясь о произошедшем во сне, на лекциях ничего не записывала, отвечала невпопад. Виделись карие с желтизной глаза, длинные черные ресницы, разлет бровей. Усмешка на лице. Влажные губы.