Книга Право на любовь детектива, страница 56 – Екатерина Мордвинцева

Попытался пошевелиться — и зашипел от боли в плече.

— Тихо, тихо, — раздался знакомый голос. — Не двигайся.

Он повернул голову и увидел Оливию. Она сидела рядом на стуле, бледная, с кругами под глазами, но улыбалась.

— Живой, — сказала она. — Хорошо.

— Что случилось? — голос был хриплым.

— Ты получил магический ожог. Прикрывал меня от наёмников Ашера. Помнишь?

— Смутно... — Он попытался вспомнить. — Мы шли от Брунхильда, потом нападение...

— Да. Ты геройски сражался, но один разряд всё-таки достал тебя.

— Долго я был в отключке?

— Всю ночь. Утром жар спал.

Стивен посмотрел на неё внимательнее.

— Ты не спала?

— Нет.

— Глупая.

— Сама знаю. Но не могла уйти.

Он протянул здоровую руку и коснулся её щеки. Она прижалась к его ладони, закрыв глаза.

— Спасибо, — сказал он тихо.

— За что?

— За то, что была рядом. За то, что не бросила.

— Ты бы тоже не бросил.

— Не бросил бы.

Они сидели так — он в кровати, она рядом, его рука на её щеке — и молчали. И в этом молчании было больше смысла, чем в любых словах.

— Мне нужно перевязать рану, — сказала Оливия, открывая глаза. — Лекарь оставил инструкции. Ты позволишь?

Стивен колебался. Всего секунду. Потом кивнул.

— Да.

Она осторожно сняла старую повязку, осмотрела рану. Краснота спала, ожог выглядел чище.

— Хорошо идёт, — сказала она, беря мазь и чистый бинт. — Сейчас будет немного щипать.

— Я терпеливый.

Она начала обрабатывать рану — мягко, осторожно, стараясь не причинять лишней боли. Стивен смотрел на неё, на её сосредоточенное лицо, на то, как она кусает губу от усердия, и чувствовал что-то, чего не чувствовал уже много лет.

Покой.

Тепло.

Доверие.

Когда она закончила и начала накладывать повязку, он вдруг спросил:

— Оливия, тебе не страшно со мной?

— Страшно, — честно ответила она. — Но не так, как ты думаешь.

— А как?

— Страшно тебя потерять.

Он молчал, глядя на неё.

— Я никого не подпускал к себе после Лилиан, — сказал он наконец. — Никого. Думал, что если подпущу — снова потеряю.

— А сейчас?

— Сейчас... сейчас я не могу тебя оттолкнуть. Не могу. Ты уже внутри.

Она закончила перевязку, убрала руки, но не отошла. Смотрела на него — в его серые глаза, такие глубокие, такие живые.

— Я никуда не уйду, — сказала она. — Если ты, конечно, не прогонишь.

— Не прогоню.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она наклонилась и поцеловала его в лоб — легко, невесомо.

— Отдыхай, — сказала она. — Я рядом.

И осталась сидеть, держа его за руку.

А он смотрел на неё и думал, что, может быть, жизнь всё-таки даёт второй шанс.

Даже таким, как он.

Стивен поправлялся быстро.

Сказывалась хорошая физическая форма и молодость — через три дня после ранения он уже вставал, через пять — требовал, чтобы его отпустили на работу. Оливия спорила, лекарь ворчал, но Стивен настоял на своём.

— Я не могу валяться, когда Ашер на свободе, — говорил он, натягивая рубашку через перевязанное плечо. — Каждый день дорог.

— Ты можешь открыть рану, — возражала Оливия.

— Не открою. Помоги лучше.

Она помогла — осторожно, стараясь не касаться больного места. Стивен смотрел на неё, и в глазах его было что-то тёплое. За эти дни они сблизились так, как не сближались за всё предыдущее время.

Но секрет, который Оливия носила в себе, тяжелел с каждым днём.

Она знала, что должна рассказать. Знала, что доверие между ними должно быть полным. Но боялась — боялась его реакции, боялась, что он оттолкнёт её, как отталкивал всех.