Книга Право на любовь детектива, страница 21 – Екатерина Мордвинцева

— Беги, — сказала она. — Беги быстрее.

Он побежал. Ноги стали ватными, воздух — густым, как патока. Он бежал изо всех сил, а она отдалялась, таяла в вечернем сумраке.

— Лилиан! — закричал он. — Подожди!

— Я всегда жду, — донеслось издалека. — Но ты не приходишь.

Внезапно всё изменилось.

Мост исчез. Вода поднялась, чёрная, холодная, и Стивен стоял по колено в ней, а Лилиан была рядом — лежала на поверхности, и платье её намокло, облепило тело, и глаза были открыты и смотрели в небо, пустые, мёртвые.

— Нет! — закричал он, бросаясь к ней. — Нет, нет, нет!

Он схватил её за плечи — холодные, безжизненные, — и вода вокруг них начала краснеть, наливаться багровым светом, тем самым, что он видел в груди мага Вейна.

— Ты не спас меня, — прошептала Лилиан мёртвыми губами. — Ты никого не спасёшь.

— Я пытался! Я бежал! Я...

— Ты опоздал. Как всегда.

Багровый свет вспыхнул ослепительной вспышкой, и Стивен закричал.

* * *

Он проснулся от собственного крика.

Сердце колотилось где-то в горле, рубашка прилипла к телу от пота, руки дрожали. Стивен сидел на стуле, вцепившись в подлокотники, и смотрел в темноту кабинета, не понимая, где реальность, а где сон.

Лилиан.

Он провёл ладонью по лицу — мокрому, горячему. Взглянул на окно — за ним всё ещё была ночь, чёрная, беспросветная. Сколько он проспал? Минуту? Час?

Часы показывали половину четвёртого.

Три часа. Он проспал три часа, и за это время кошмар успел выжать из него все соки.

Стивен встал — ноги дрожали — и подошёл к окну. Распахнул створку, впуская холодный ночной воздух. Дождь кончился, небо очистилось, и где-то высоко мерцали звёзды — равнодушные, далёкие, вечные.

Он смотрел на них и вспоминал.

Лилиан.

Они встретились восемь лет назад. Она была художницей — писала странные, пронзительные картины, полные света и боли одновременно. Он только начинал работать в страже, был молод, горяч, верил в справедливость. Она смеялась над его идеализмом, но любила слушать его рассказы о работе.

— Ты слишком близко принимаешь всё к сердцу, — говорила она. — Когда-нибудь это тебя сломает.

— Не сломает, — отвечал он. — Пока ты со мной, я всё выдержу.

Глупый, самоуверенный мальчишка.

Она погибла из-за его работы.

Он вёл дело о торговле запрещёнными артефактами. Вышел на крупную сеть, на опасных людей. Они начали угрожать. Он не придал значения — думал, что защитит. Лилиан носила с собой защитный амулет, он сам выбрал его, самый дорогой, самый сильный.

Амулет не сработал.

Когда он вернулся домой в тот вечер, дверь была открыта. Внутри — погром. И Лилиан на полу, с остановившимся взглядом, устремлённым в потолок.

Убийц так и не нашли. Дело закрыли за отсутствием улик. Начальство посоветовало ему забыть, жить дальше, не ворошить прошлое.

Он не забыл.

Он стал детективом, которого боялись преступники и недолюбливали коллеги. Он вытравил из себя всё человеческое, оставив только холодный расчёт и железную волю. Он поклялся, что никогда больше никого не подпустит близко.

Потому что каждый, кого он подпускал, умирал.

Отец. Лилиан. Даже напарник, погибший три года назад в перестрелке — Стивен тогда был рядом, но не успел, опоздал на секунду, на долю секунды, которая решает всё.

Он опоздывал всегда.

Стивен закрыл окно и вернулся к столу. Сон выбил из колеи, мысли путались, но одна из них была кристально ясной, отточенной, как лезвие ножа.