Всадники выехали нам навстречу, когда до городской стены оставалось метров триста. Было их меньше десятка, однако дружинники ярла незамедлительно перестроились, замыкая повозку в защитное кольцо.
— Что там? — негромко уточнил Ронгвальд. Внешне он хранил совершенное спокойствие, однако его доселе расслабленная рука, до сих пор связанная с моей, ощутимо напряглась.
— Эйрик Чёрный и его люди, — вполголоса ответил всматривавшийся вперёд Хельги. — Их мало, вряд ли нападут.
— Не нападут, — хладнокровно согласился ярл. — Не при свете дня и не на свадебный кортеж. Однако будь внимателен.
Успокаивающе накрыл мою руку второй ладонью, и я осознала, что с силой сжимаю его пальцы. Немедленно разжала хватку, в который раз благословляя покрывало, прячущее несвоевременный румянец, и напрягла зрение в попытке поскорее рассмотреть недруга Ронгвальда.
Разумеется, Эйрик одевался «дорохо-бохато». Он носил красные тунику и штаны, чёрный широкий пояс, чёрные сапоги, широкий чёрный плащ с отделкой из чернобурки и «кровавым подбоем», который оценил бы сам прокуратор Иудеи. Светлые, как у большинства викингов, волосы покрывала красная шапка с опушкой, напомнившая мне знаменитую «шапку Мономаха». Когда же Эйрик подъехал, я смогла в подробностях разглядеть и искусную вышивку золотыми нитями на его тунике, и золотые украшения (викинги не считали, что мужчине зазорно носить «цацки»), и красивое лицо, которое непоправимо портила печать жестокости. На одежде сопровождавших его воинов была вышита эмблема — чёрная кабанья голова, столь знакомая мне по второму видению у Сейд-камня.
«Значит, битве быть. — Я поняла, что опять сжала руку ярла и поспешила расслабить пальцы. — Но в самом ли деле военная удача улыбнётся войску Ронгвальда?»
Между тем оба отряда остановились друг напротив друга, и Эйрик громко провозгласил:
— Приветствую ярла Ронгвальда Зоркого и его молодую супругу! Многая лета!
— Многая лета! — подхватили дружинники Эйрика, и, возможно, это было плодом моего воображения, но мне послышалась в их голосах насмешка.
Ронгвальд дождался, пока крики стихнут и, не напрягая связки, однако так, что все его услышали, ответил:
— И мы приветствуем тебя, ярл Эйрик Чёрный. Прими благодарность за слова поздравления.
— У меня ещё есть для тебя слова, ярл, — отозвался Эйрик. — Слова конунга Харальда. И вот каковы они. Пусть Фрейр и Фрейя благословят новый брак ярла Ронгвальда, но пусть Один напомнит ему: пришедшее вторым никогда не затмит того, что было первым.
Ах да, Тордис же какая-то родственница конунга! Агда говорила (я напрягла память), что дочь. М-да, понятное дело, что Харальд не сильно рад свадьбе зятя. И неважно, что здесь подобное «многожёнство» — в порядке вещей.
— Передай конунгу мою благодарность за поздравление и мудрый совет. — Хотя Ронгвальд говорил прежним тоном, за его словами буквально чувствовалась насмешка. — А сам ты, Эйрик, не желаешь ли присоединиться к нашему празднику? Место медовом зале найдётся всем.
Эм, ну и зачем ему это? Хочет держать врага ближе к себе, чем любого из друзей?
— Почту за честь, Ронгвальд. — Ни по лицу, ни по тону Эйрика невозможно было понять, какие чувства он испытывает, соглашаясь.
И наш увеличившийся кортеж продолжил путь к Хаугарду.
Обошлось без происшествий. Кортеж вновь проследовал через Вестфольд, сопровождаемый радостными возгласами жителей, и въехал в ворота резиденции конунга и его приближённых. Повозка остановилась перед медовым залом, и когда мы с Ронгвальдом поднялись с сиденья, чтобы выбраться из неё, я шепнула ярлу:
— Ивару нужен покой!
Никто другой не расслышал бы мой голос за царившим вокруг шумом, однако Ронгвальд едва заметно кивнул. Первым сошёл на землю, помог спуститься мне и негромко позвал:
— Ивар Ульриксон!
— Слушаю, ярл! — Как Сивка-Бурка из сказки возник перед нами сын Ульрика. И как он ни старался держать спину прямой, получалось у него не особенно.
— Ты почётный гость на свадьбе и отныне моя родня, — произнёс Ронгвальд. — Потому говорю: не будет обиды, если ты поднимешь рог за наше здоровье, а после озаботишься здоровьем своим.
Бледное лицо Ивара слегка порозовело. Он бросил на меня сердитый взгляд, верно догадавшись, чья это инициатива. Однако ослушаться не мог и пусть без охоты, но ответил:
— Хорошо, ярл. Благодарю тебя.
«И я благодарю». — Я легонько сжала ладонь Ронгвальда и получила такое же пожатие.
А затем мы в окружении гостей и дружинников (воины Хельги старались держаться как можно ближе — видимо, из-за солдат Эйрика) направились в медовый зал.
