Книга Незнакомка для наследника клана орков, страница 72 – Дита Терми

— Эти двое… — Эрион кивает в сторону Груга и Хелгара, — они могли убить меня. Много раз. Но они не стали. Они дали мне воду, еду. А я… я плевался в них ненавистью.

Его слова повисают в воздухе. Даже орки смотрят на него с нескрываемым удивлением. Фэйриэль и Сильвэрин переглядываются.

— Они… не чудовища, Линариэль, — продолжает Эрион, с трудом подбирая слова. — Они другие. Но с ними можно говорить. И… наверное, любить. Я ошибался. Прости меня. Пожалуйста.

В его голосе такая искренняя мука, что лёд вокруг моего сердца понемногу тает. Это же Эрион. Мой друг. Тот, с кем я бегала по лесу, кому доверяла свои детские секреты. Он не лжёт. Он действительно понял.

Слёзы снова наворачиваются на глаза, но теперь это слёзы облегчения. Я выхожу из-за спины Груга и делаю шаг к нему.

— Я прощаю тебя, — шепчу я и обнимаю его. Он замирает на мгновение, а потом его руки робко обнимают меня в ответ. — О, Эрион, все так ужасно… Себастьян… это он стоял за всеми покушениями на меня, за моей болезнью! Он хотел жениться на мне и получить власть!

Эрион отстраняется, и в его глазах мелькает шок.

— Что? Но как…

— Азур сейчас там, — прерываю я его, рыдая. — На заседании Совета. Он пошел один, чтобы подсунуть Себастьяну зелье правды. Чтобы он во всем признался. Но я так боюсь! Они убьют его, если увидят!

Ужас и решимость сменяют изумление на лице Эриона. Он кладет руки мне на плечи, и его взгляд становится твёрдым.

— Тогда я знаю, как мне искупить свою вину. Я пойду туда. Я расскажу Совету всё, что знаю. О том, как орки пощадили меня. О том, что мы все заблуждались на их счёт. О том, что ты не жертва, а сильная женщина, которая сделала свой выбор. Мой голос… мой голос они, возможно, услышат.

В его словах такая отвага и готовность к самопожертвованию, что в груди вспыхивает надежда. Он готов бросить вызов всему обществу ради меня. А вдруг… вдруг получится? Эрион из такого же древнего рода, как и я.

Его отец в Совете. Его могут послушать. Хотя шанс не велик. Но… это ведь уже что-то. Похоже на запасной план, которого у нас, к сожалению, нет.

В груди расцветает благодарность за его слова.

— Нет, это слишком опасно! — восклицает Фэйриэль.

— Мы идём с тобой, — рычит Груг, и Хелгар молча кивает.

Но прежде чем кто-либо успевает сделать шаг, прежде чем мы успеваем о чём-либо договориться, лес вокруг нас оживает.

Из-за деревьев, из-за кустов, с тихим, зловещим шелестом появляются они. Десятки эльфийских стражников в сияющих доспехах. Их луки натянуты, клинки обнажены. Они окружают нас плотным кольцом, перекрывая все пути к отступлению.

Лица стражников суровы и безжалостны.

Один из них делает шаг вперед. Его взгляд холоден, как сталь. И я узнаю в нём того самого стражника, с которым сражалась в своём доме.

— Линариэль, Фэйриэль и Сильвэрин… Эрион… и орки, — его голос режет тишину. — Вы обвиняетесь в государственной измене. Сопротивление бесполезно. Сложите оружие.

Мы прижаты друг к другу спинами — эльфы, орки, бывшие враги, а теперь союзники, стоящие перед лицом неминуемого краха. Выхода нет.

И в этот момент я замечаю, как губы эльфа стражника злорадно дёргаются вверх. Он улыбается. Он счастлив, что всё-таки поймал меня.

Азур

Тишина в зале Совета взрывается оглушительным грохотом. Скамьи с визгом опрокидываются, эльфы вскакивают, их изящные руки тянутся к церемониальным кинжалам.