Книга Босс перевоспитанию (не) подлежит, страница 61 – Арина Арская

Он ставит чашку на стол.

— Да, — угрюмо говорит он. — Что-то я стал очень жалостливый. Сам удивляюсь себе.

Я расплываюсь в улыбке.

— Тогда, Руслан Александрович, — говорю я, — вы обязаны ещё раз меня пожалеть.

Его брови ползут вверх. Зрачки расширяются, и понимаю: он услышал что-то совсем другое. Вот же извращенец.

Я медленно обхожу стол.

Руслан Александрович медленно разворачивается в кресле в мою сторону. Лицо каменное, но на скулах играют желваки.

— Ромашкина, — глухо говорит он, — я бы тебя попросил не приближаться ко мне.

Я делаю шаг. Встаю между его широко расставленных ног.

— А вы что, Руслан Александрович, боитесь меня?

Наклоняюсь, упираясь ладонями в подлокотники его кресла. Чтобы моя поза выглядела одновременно угрожающе и соблазнительно, мне приходится привстать на носочки. Мой рост не позволяет красиво и эффектно нависать над ним, но я стараюсь. Плечи расправлены, взгляд напрвлен в его удивленные глаза.

Он смотрит на меня снизу вверх, и в этом взгляде нет власти, нет высокомерия. Есть только озадаченность.

— Пожалейте меня, Руслан Александрович, — выдыхаю я прямо в его лицо. — На три миллиона.

— Ромашкина, — хрипло, слегка запинаясь, говорит он. — Что это у тебя за метафоры такие... витиеватые?

— Мне угрожает мой бывший муж, — поясняю я, и в этот момент Руслан подо мной зло дёргается.

Вместе с ним дёргается и кресло. Движение и мне передаётся по инерции. Я теряю равновесие. Мир наклоняется. Я вскрикиваю, хватаюсь за воздух, но поздно — ноги подкашиваются, и я начинаю падать.

Руслан подаётся ко мне, его руки взлетают, чтобы схватить меня за талию, но я уже сползаю вниз. Колени ударяются о паркет, я заваливаюсь вперёд, и мои руки сами собой обхватывают его за торс, лицо утыкается в его напряженный каменный живот.

Его ладони прижаты к моим плечам.

Пахнет от Руслана терпко и горько. Его живот под моим лицом неожиданно вздымается от прерывистого вдоха.

— О господи, — раздаётся испуганный женский голос от двери. — Руслан, мы не вовремя?

— Вот это кино, — произносит второй голос, в котором слышится плохо скрытое веселье. — Жаль, Викуся не видит, но лично я ей всё в подробностях расскажу. Встречу в аэропорте и сразу всё расскажу.

Глава 37. Чудеса

— Дверь с той стороны закрыли! — угрюмо и властно рявкает Руслан.

— Ой, какие мы злые, Руслан! Надо запираться!

Я продолжаю сидетьна полу, уткнувшись лицом в живот Руслана Александровича, и пытаюсь не дышать. Вообще. Совсем. Будто это поможет мне исчезнуть.

Я задерживаю дыхание до тех пор, пока в лёгких не начинает жечь.

Его ладони на моих плечах слабеют. Медленно, будто нехотя, он убирает руки.

Я отстраняюсь.

Сначала поднимаю голову. Мои щёки горят так, что, кажется, сейчас начнут плавиться. Я смотрю на Руслана Александровича снизу вверх. Он сидит в своём огромном кожаном кресле, мрачный и молчаливый.

Густые брови сведены к переносице, на скулах ходят желваки.

Я отползаю. Неловко, неуклюже, упираясь ладонями в холодный паркет. Всего на полметра.

А потом силы меня покидают.

Я просто сижу на полу, поджав под себя ноги. Юбка задралась выше колен. Моя причёска, которую я так старательно зачесывала и строго зализывала, наверняка превратилась в нечто ужасное. Пряди, выбившиеся из пучка, щекочут шею.