Книга Милая, у нас не будет развода, страница 14 – Арина Арская

У меня сейчас глазные яблоки выпадут. И так широко распахнуты глаза, что я чувствую боль в тонких мышцах век.

— Кружевные, — Егор едва заметно щурится.

У меня сейчас макушку сорвет, как крышку с кипящего котелка.

Он настроен серьезно.

И нет, не отпустит он меня с чемоданом к маме и папе.

Это не про него. От него по сугробам не убежишь. И с трусами, и без.

— Инга.

— Что? — я аж взвизгиваю, когда меня тихо окликает Лидия. Прижимаю пальцы к губам. — Простите. Я просто… в шоке…

Егор опять откидывается на спинку дивана и деловито закидывает ногу на ногу. Покачивает носком туфли.

— Инга, вы можете повторить…

— Нет, — я аж крякаю от удивления. — Не при вас…

— Я выйду.

— Она выйдет, — Егор смотрит на меня.

Все. Лидия вылетает из моих союзников в стан врага.

— Я вам дам пять минут, — Лидия встает, сверяется с часами и выходит. — Через пять минут вернусь.

— Это какой-то изврат, Егор, — зло шепчу в его сторону. — При чужом человеке… Я…

— Я не заслужил хотя бы попытки? — смотрит на меня. — Я был тебе плохим мужем?

— А это уже наглая манипуляция, — с осуждением качаю головой. — Так нельзя.

— Да, — он кивает. — И я считаю, что я заслужил того, чтобы ты сейчас прекратила играть в тупую скромницу и сказала мне про трусы. Ты от меня детей родила, Инга! Тебе их не ветром задуло!

Стискиваю зубы, сжимаю кулаки и медленно выдыхаю.

— Ты сейчас как-будто ежа родишь, — зло щурится на меня.

— Да ты прям брызжешь сексом, ага.

— Про трусы скажи, — поскрипывает зубами, — может, и забрызжу.

Закрываю глаза, сглатываю и разжимаю кулаки.

Он, что, думает во мне не осталось женской очаровательности?

Или это я так думаю?

Это я боюсь, что мои томные выдохи и сладкий голосок не тронет его.

Это я боюсь фиаско перед ним. И мне страшно быть глупой и никчемной клушей перед ним.

У меня аж ладони вспотели.

— Ладно, — приглаживаю волосы и серьезно всматриваюсь в глаза Егора. — Я скажу, но это останется здесь. Только вздумай потом… в шуточки все это вывернуть.

— Я и не думал…

— Все, замолчи.

Еще пару секунд, и я, скользнув взглядом по лицу Егора, поддаюсь к нему. Глаза в глаза.

Ноги от ступней до колен уже не чувствую от страха и взволнованности.

— Милый, — тихо шепчу я, опять сглатываю и закусываю губу, не отводя взгляда. Долгая томительная пауза, и продолжаю еще тише, — на мне новые трусики… кружевные…

Ног теперь вообще не чувствую.

И это не возбуждение, а страх того, что сейчас Егор усмехнется, поэтому я отшатываюсь и смотрю перед собой.

— Трусики на тебе не кружевные, да? — тихо и хрипло спрашивает Егор.

— Ты, что, не помнишь, какие на мне трусы? — складываю руки на коленях. — Я же при тебе сегодня одевалась, пока ты носки натягивал. Вот носки я твои помню.

— Не помню, — задумчиво отвечает Егор. — С моими носками проще. Они либо черные, либо белые. Есть еще, конечно, веселенькие, но они у меня домашние.

— Да, веселенькие, — медленно выдыхаю я. — С какими-то мишками, котиками, бананчиками.

— Я вообще сам очень веселенький, — шепотом отзывается Егор.

Я оглядываюсь, а он бровь вскидывает и улыбается:

— Веселенький мишка.

— А я тогда кто?

— Злая лисичка. Лисички очень злыми бывают. Фыр-фыр-фыр.

Как-то мне неспокойно становится под прямым взглядом Егора. К шее подкатывает волна мурашек.

Тихий стук в дверь, и в кабинет возвращается Лидия. Садится в кресло напротив нас, подхватывает блокнот и ручку.